- Ро Лин, — озвучил император, и, судя по тому, что он назвал его одного, в Коричневую провинцию она не поедет. Лина выдвинулась вперед, встав у подножия нижней ступени возвышенности, где сидел правитель Саюна. — О тебе хорошо отзывались О Ки-сан и военный министр Сон, однако, я слышал, как ты сумел упорядочить военные учения в казарме, поэтому я с легким сердцем назначаю тебя помощником военного министра Сона...
Ран стрельнул глазами в императора, чудом сдержав изумление. Затем перевел взгляд на девушку, которая с трудом удерживала нейтральное выражение на вмиг осунувшемся лице.
- ...мы надеемся, — вдохновенно вещал император, — что ты покажешь себя достойным чиновником на новом посту.
Лина, помянув добрым словом всю родню Рьюки до восьмого колена, сжала зубы и молча поклонилась, подойдя и забрав свиток с назначением. Ей теперь стала понятна ослепительно крокодилья улыбка на лице военного министра.
Вернувшись на место, Лина ушла в себя, уже не слыша самую проникновенную речь императора о том, как он горд взвалить бремя разрешения проблемы коричневой провинции на плечи мелкого пацана и юной девушки.
Однако, кроме Лины, все оказались довольны своим назначением, так что ни у кого не возникло претензий или вопросов к способностям императора делать кадровые перестановки. «Потому что я джокер в этой колоде козырей», — пошутила про себя Лина, идя в компании Шурэй и Эгецу, оживленно переговаривающихся и планирующих свою поездку. Дома их уже ждал Энсей, а к вечеру подкатили абсолютно все, чтобы отпраздновать окончание испытательного срока джоуканов.
Стоя у плиты вместе с Шурэй, Лина отрешилась от мира, на автомате нарезая овощи и помешивая рагу.
- Лин-кун, — обратила на него внимание без пяти минут губернатор, — ты не сильно доволен назначением в военное министерство? — отвернулась к нарезке овощей, оставляя право за юношей отвечать или нет на этот вопрос.
Парень молчал довольно долго. Затем, когда Шурэй уже потеряла надежду, что он ответит, медленно произнес:
- Я не разбираюсь в военном деле от слова совсем. Мне противна сама мысль о том, что я буду находиться слишком близко к людям, которые по приказу готовы пролить кровь, не разбираясь, виновен человек или нет. — Лина, вдруг разозлившись, прошипела сквозь зубы: — Тупоголовые бакланы, у которых вместо мозгов тренировочный чурбак, один на всех! — бросила ложку на стол.
Шурэй удивленно подняла на обычно спокойного Лин-куна глаза: парень досадливо кусал губы.
- Шурэй-чан, — он посмотрел на нее в ответ, говоря пугающе мягко. — Пойди, пожалуйста, погуляй. Я доготовлю здесь сам.
Поняв, что ему и правда нужно сейчас остаться одному, девочка кивнула и, не дорезав овощи, спешно покинула кухню.
После ужина, на котором Ро Лину снова не пришлось присутствовать, Сэйран нашел его как обычно на ступенях своей комнаты, таращащимся в пруд на весело плескавшихся рыбок.
- Я думаю, отряд генерала Хаку страшно обрадуется, узнав, что принцессу, отличившуюся в игре с флажками, переводят в их ведомство из юротдела, — улыбнулся бывший принц.
Наверняка это паршивое прозвище теперь навечно прилепится к нескладному юнцу, подумали оба.
- Очевидно, я что-то сделал императору, отчего он решил меня так наказать, — опустил голову в колени Лин. Сэйрану стало его совсем чуточку жаль. Он подошел к нему и по-братски похлопал по плечу. - Не переживай, Лин-кун. В любом случае мы с данной-сама избавимся от всех нахлебников, — и расхохотался. Юноша, подняв голову, мрачно скривился. - А, Сэйран, тебя, кажется, Шурэй-доно ищет, — на дорожке показался Шуэй, которого Лине хотелось видеть в самую последнюю очередь. - Иду, — все еще улыбаясь, приемный сын Ко удалился к главному дому.
Ран приблизился к девушке и присел рядом с ней на ступеньки. Отчего-то мужская одежда стирала ту границу, которая бы делала их разного пола, как бы это странно ни звучало, поэтому рядом с ней генерал чувствовал себя как с другом, задумавшись над собственными чувствами.
Положив голову на руки, Лина уныло таращилась на воду. Поместье больше не вдохновляло на изобретения, поэтому хотелось сменить место жительства и сбежать, так далеко, чтобы никто и следов не нашел...
- Мне жаль, — негромко подал голос Ран, и Лина вздрогнула, забыв о его присутствии. — Я совсем не ожидал, что Рьюки так распорядится твоим назначением. Я ожидал чего угодно, даже что тебя пошлют в качестве поддержки с Шурэй и Эгецу, но казармы... — Ран качнул головой. - Что уж теперь, — равнодушно дернула плечом. — Сказал — в военном министерстве, значит, буду там. - Вот как, — глянул на сгорбленную фигуру. — И что, даже не попытаешься опротестовать? — намекая на ее юридическую практику, улыбнулся Шуэй. - Зачем, — пожала плечами. Глянула в стремительно темнеющее небо. — На самом деле бумажная волокита убивает во мне дух изобретателя. Я от всей души ненавижу бумажки и их заполнение, — сказано было без злости, как констатация факта. — Я столько всего узнал, работая в юридическом департаменте, что назначение в военное министерство неспроста, — серьезно сказала девушка, опустив глаза на пруд. — Чуть вякну хоть полслова, и по частям в лесу прикопают. А лес там хороший, густой, вовек не найдут.