Великий комбинатор
*** Поутру супруги направились во дворец, чтобы засвидетельствовать свое положение и пол. Прогноз погоды обещал расширение глаз на лоб и обильное выпадение челюстей. И не сказать, что Лина это не предвкушала. Ради такого события пришлось даже натянуть женское платье, смиренно ступая рядом с мужем. Ран на это только улыбнулся и сказал не паясничать.
И снова конец весны. Лина смотрела на цветущий дворец, понимая, что она здесь уже два года, и вот, чего успела добиться, кроме некоторых изобретений и неожиданного замужества.
Иномирянка глянула на идущего рядом Шуэя, и тот улыбнулся в ответ.
Фонтаны во дворце работали как часы — Рин Шу, уже старший офицер, с приходом тепла наладил их работу, отставив статуи. Фонограмма, она же древний селектор, тоже вполне себе работала, судя по тому, как бегали туда-сюда служащие. Рьюки вошёл во вкус.
Идя по коридору дворца, Лина чувствовала себя на своем месте. Не в физическом плане, а именно в социальном, и от этого осознания ей было комфортно — быть не только здесь, но и сейчас, быть женщиной и быть женой Шуэя. "Неожиданное открытие", — задумалась над этим Лина.
Они вдвоем шагали прямо к залу заседаний, где сейчас сидел император, обсуждая какие-то важные дела по поводу страны. Стража открыла тяжелые двери, и весь совет и министры увидели силуэты мужчины и женщины, стоящие на пороге.
- Шуэй и Шурэй? — удивлённо прошептал Рьюки. Юшун сощурился на своего бестолкового подопечного, но промолчал, тоже посмотрев в сторону входа.
Двери закрылись, и все увидели Рана Шуэя, который вел под руку... Ро Лина, который не только избавился от лишних пятидесяти килограмм, но и оказался женщиной! Министры в гробовой тишине провожали взглядом чету Ран, ещё не понимая, что они супруги. В зале стояла такая тишина, что был слышен скрип подошвы идущих о ковровую дорожку, ведущую к трону императора.
- Добрый день, Ваше Величество, — супруги склонились в поклоне перед императором, который удивлённо смотрел на Лину, пытаясь понять, что все это значит. — Я ездил в Синюю провинцию, чтобы освободить Ро Лин из храма семьи Хе, который находится в Кюсайко, — выпрямляясь, проговорил Ран. — Она...
"Она.... Она.... Она...." — разнеслось по рядам министров, которые до этих пор думали, что им показалось.
- ...была в плену этой своенравной и нечестивой семьи, которая ни во что не ставит власть императора в Саюне.
Хе Рю-младший, уже возглавивший святилище при дворце, сощурился, когда Рьюки мельком глянул на него.
- Ро Лин была измучена и подавлена, и, лишь согласившись стать моей женой, она пришла в себя, — закончил свой доклад Шуэй, бросив мимолётный взгляд на Кою, который таращился на них, не в силах взять себя в руки. Женщина рядом с Раном лишь стояла и легко улыбалась, словно происходящее было связано не с ней. А в головах тех, кто знал Ро Лина, была лишь одна мысль: "Лживая змея". - Ро Лин, — обратился к ней император, — в моем дворце служит представитель семьи Хе. Скажи, тебе знакомо его лицо? Он мог быть причастен к твоему похищению?
Лина мазнула взглядом по лицу мальчишки, сидевших в числе министров, и пожала плечом:
- Первый раз вижу, Ваше Величество. - Я услышал тебя. Ты готова продолжить свои обязанности во дворце? - Да, благодарю за доверие, Ваше Величество, — поклонилась императору. Выпрямилась и, не обращая внимания на всех собравшихся, обратилась к мужу: — Тебя ждать к ужину? - Да, я приду, — улыбнулся тот. Женщина улыбнулась в ответ, потом кивнула по очереди императору: - Ваше Величество, — сидящим: — Уважаемые министры, — и лебёдушкой поплыла к выходу, улыбаясь так, словно все происходящее было абсолютно нормальным.
Когда дверь закрылась, и шок прошел, а Шуэй встал рядом с императором, министры наперебой закричали:
- Ваше Величество, вы знали, что это девушка?! - Конечно, знал, — небрежно отозвался император, — только глупец не увидел бы в таком нежном юноше настоящую женщину.
Ран мужественно следил за лицом, не давая губам расползтись в широкой ухмылке. Глупец, как же. Да тут таких полный зал. И если бы не признание самой иномирянки, Рьюки бы в жизни не догадался о ней. Министры, чувствуя себя облапошенными болванами, зло косились на императора. Юшун, вспоминая, как отговаривал тогда ещё не жену становиться мужчиной, задумчиво смерил взглядом Рана. Рейшин и Ходжу, вспомнившие о Юрэй, жене Рейшина, которая долго притворялась юношей по семейным причинам, поняли мотивы Ро Лин и не осуждали ее. Зато министры Сон, О Ки и Анжун были просто в ярости.