Шуэй рассмеялся.
*** В начале марта после пяти часов родов Лина разрешилась мальчиком.
Рожала в их с Раном доме, где теперь жил и Энсэй, в специальной комнате, которую готовили для родов, обеспечив стерильность и, конечно, воду.
В большой зале, где сидел нервный Шуэй, слушая крики жены и бледнея, сидели по кругу все мужчины, стараясь молчаливо оказывать моральную поддержку новоиспеченному отцу. Шоукун, Шурэй и присланные из дворца врачи помогали Лине. И когда уже раздался плач ребенка, Шуэй резко поднялся с места, собираясь бежать к семье.
- Стой, — ухватил его за руку Шока, самый опытный из присутствующих. — Тебе пока туда нельзя. Потом кошмары будут сниться.
Ран в нетерпении прошёлся к дверям, ведущим в коридор. Кою сочувствовал другу, стоя у окна, сложив руки на груди. Рьюки, сидящий рядом с Сэйраном, проэцировал ситуацию на себя и начал переживать, как же будет рожать такая маленькая и болезненная Шурэй. Нужно точно запастись живой водой. Энсэй и Рин Шу переживали за Лину и немножечко за себя, потому что в последний месяц женщина перенесла львиную долю обязанностей на них, посвятив их в курс дела, и сказала, что месяца два даже не будет показываться из дома. К счастью, у них на двоих был административный и военный опыт, сила и власть, так что справятся.
Из коридора показалась улыбающаяся Шурэй, кивнувшая отцу и Рьюки и посмотревшая на Рана:
- Мы готовы.
Шуэй сорвался с места, вбежав в спальню, где полулежала на подушках уставшая Лина, кормя грудью умытого младенчика и счастливо ему улыбающаяся.
- Шуэ, — глянула на него женщина, и Рану показалось, будто она словно вся светится изнутри настоящим счастьем. - Лин, — он, не обращая внимания на кровавые простыни, скомканные в тазу у стены, сел у изголовья жены, рассматривая ещё страшненького младенца. - У вас сын, — сказала ему Шоукун, улыбаясь их счастью. Оставив все на служанку и лекаря, она отвязывала рукава и волосы. — Лин-сан придумала необычное имя, ты уже знаешь, Шуэй-кун? - Нет, мы решили, что назовем сына, когда он уже родится. - Вы знали, что это будет мальчик? — удивилась женщина. — Откуда? - Ну... — супруги переглянулись и невинно улыбнулись. - Ясно, — поняв, что они не скажут, Шоукун удалилась в зал.
Ран обнял жену и поцеловал ее в волосы.
- Как ты себя чувствуешь? — заботливо спросил он. - Очень уставшей и ни на что не способной, — хмыкнула Лина. — Скорее всего, я оставлю всю работу на Энсэя и Рин, потому что хочу заниматься только сыном.
Ран ещё раз поцеловал ее, потому что если бы она это не озвучила, он бы выставил ей ультиматум.
- Так что за имя ты придумала? — поинтересовался он. - Джун. - В честь клана Са? - Ты понял? — улыбнулась Лина. — Они там все заканчиваются на -джун, так что почему бы не назвать сына в честь основы клана его мамы. Сецуна, кстати, ничего не писали по поводу того, что я теперь Са? - Нет, после того сухого поздравления больше писем не было, — когда Лине удалось сделать все документы, подтверждающие то, что они с Энсэем принадлежат к семье Са, Сецуна прислали официальное поздравление, где заверяли, что очень рады тому, что две великих семьи объединились таким неожиданным образом. А также намекали на то, что не против возвращений брата и невестки обратно в семью. Шуэй, отвечая на то письмо, вежливо попросил их пройти на озеро. Про утопиться там вежливо же умолчал.
Лина озорно улыбнулась.
- Надо к ним наведаться, показать племянника. Заодно измазать кашками и какашками всё поместье. — Шуэй тихо рассмеялся. — Кстати, Синий хотел посмотреть на моего сына, так что им я тоже покажу. И надо Рьюрена забрать к нам. - Но все это будет не раньше, чем через полгода, хорошо? — с намеком сказал муж. Лина обреченно улыбнулась. - Кажется, сложно перестать что-то делать, — качнула головой. - Ничего страшного. Ещё пара-тройка сыновей, и ты привыкнешь, — широко улыбнулся Ран.
Лина не успела отреагировать — Джун открыл глазки и недовольно закряхтел.
Нет, ну пару лет Саюн ещё поживет в спокойствии, а потом снова начнется время перемен.
Конец. Если я найду, что еще написать, я напишу. Но пока - всё. Я всё сказала.