Слегка выдохнула только в коридоре, ведущем к ремонтным ангарам и складам, но срываться на бег не решилась, пусть и очень хотелось. Побегу — привлеку лишнее внимание прохожих, да и по камерам охрана засечет суету, а мало ли кто решит тут же сообщить об этом бандитам. У нас же все под ними, так или иначе.
Нырнула за угол, скрываясь от любого возможного наблюдения между рядами готовых к погрузке контейнеров. Замерла, прижавшись спиной к композитной стенке, утирая пот, переводя дух, позволяя бешено колотящемуся сердцу чуть успокоиться. Ну вот, остался последний рывок. Пересечь открытую площадку до корабля, снять силовое поле, шнырнуть внутрь, поднять его, а потом стремительно вывести из купола, прежде чем перекроют стартовый тоннель.
Я уже почти шагнула из-за контейнера на открытое место, как вдруг заметила мужской силуэт около посадочной опоры корабля. Кто-то слонялся там, скорее всего, поджидая меня. Здоровый такой смуглокожий мужик с торчащими во все стороны ещё короткими дредами. Стало быть кто-то из ближайших помощников зверюги Моана. Черт-черт-черт! Моан ведь не такой дурак, как нарик Поляк, видимо, догадался отправить кого-то следить за кораблем.
Я попятились, чуть не закричав от разочарования. Сердце опять грохотало бешено, аж пятна цветные замельками перед глазами и дышать стало трудно. Что мне делать? Спрятаться и ждать? Чего? Того, что мистер Гано пришлет кого-то из своих умельцев принудительно вскрыть наш … мой транспортник и лишит меня всех шансов на побег? Тогда реально только и останется, что самой в шурф прыгнуть, чтобы хоть сдохнуть без долгих измывательств отморозков.
Я кусала губы, все ещё пятясь обратно в темную тень от ремонтного бокса, мучительно решая, как же быть. Внезапно кто-то схватил меня сзади, стиснув, как железным обручем пониже груди, а рот зажала сильная рука, не позволив даже пискнуть.
— Не вздумай орать! Убью, если вякнешь! — зашипел незнакомец мне прямо в ухо, обдавая резким дыханием. — Молчи и не рыпайся!
5)
У меня чуть глаза из орбит от страха не вылезли, но руки действовали как сами собой, чисто на инстинктах. Выхватила из кармана свою выкидуху, щёлкнуло лезвие и ударила не глядя, куда попало назад. И тут же замычала от ожога боли. Лезвие тонко звякнуло, натыкаясь на металл, легко проскользнуло в моей все ещё мокрой от пота руке, резанув по моим же пальцам.
— Дура! — все так же глухим шепотом сказал мой похититель, продолжив меня волочить за собой спиной вперед.
Рука с моих ребер пропала буквально на мгновенье, ловко поймав выроненный мною нож, не давая ему грохнуть о металл пола и почти тут же вернулась обратно. Не желая сдаваться, врезала наобум назад локтем и взвыла в зажимавшую рот ладонь, потому что по ощущениям я им как в стену ударила, а мой захватчик даже не притормозил и не выдохнул резко, не говоря уже о каком-то большем ущербе.
В отчаянии, несколько раз дрыгнула ногами, стремясь попасть каблуками ботинок по щиколоткам, но и это не принесло никакого результата. Захватчик наоборот ускорился, заволок меня в темное нутро ангара. Дверь его, бесшумно скользнув по направляющим, сделала окружающее пространство совершенно непроглядным.
— Ты ещё долго дрыгаться намерена? — не полный голос, но уже и не совсем шепотом спросил невидимый захватчик. — Совсем мозгов нет, что ли? Заорешь или выскочишь и тебе конец.
— Ммм…
— Что”му-му”? Молчать, спрашиваю будешь или пойдешь сразу ублюдкам Гано сдаваться?
Я попыталась отодрать его руку, зажимающую все ещё мне рот, но незнакомец не отпускал меня ещё где-то с минуту, дожидаясь, пока перестану трепыхаться. Наконец, когда я просто замерла, прекратив все попытки, ладонь с моего рта исчезла. Но совсем отпускать меня никто не собирался.
— Ты кто такой? — просипела, повернув голову и бесполезно щурясь в темноту.
— На твоём месте я бы лучше спросил не собираюсь ли тебя замочить, а не именем интересовался. — ответила пугающая темнота.
— А ты собираешься? — голос совсем предал, став каким-то испуганным писком.
— Стоило бы. — последовал сухой ответ.
— За что? Что я тебе сделала?
— За то, что как раз не сделала. И не ты, а твой крыса-папаша.
— Ты… Киан? — мгновенно сложив все в голове, спросила едва слышно.
Выходит, отец все-таки связался с этим головорезом, взял у него деньги и кинул? Но как он решился? И почему тогда не сознался под пытками?
— Я тот, кого вы с папашей должны были вывезти из этой чертовой дыры, но кинули.
— Я ничего не знала об этом. — выдавила из себя, прекрасно осознавая, что в таких делах и среди людей, подобных Киану и мистеру Гано это никакой не довод. Мне конец.