Вот за что это мне, а, отец?!
— А меня это не совокупляет. — резко выдохнул мужчина прямо в мое ухо. — Деньги твой отец взял. Сделка заключена. Так что, давай, связывайся с папашей и говори, пусть сюда топает и мы вылетаем. Времени десять минут ему. И только пусть попробует сдать меня! Тогда получит тебя в виде расчлененки.
— Ну тогда начинай, расчленяй. — испугаться сильнее, чем и так боялась, было уже невозможно. Едва по ногам ещё не текло.
— Что? — не понял Киан.
— Да никто сюда не придет! Моан с Поляком пытали и случайно убили моего отца, требуя у него сказать когда вы вылетаете и как связь держите.
— Когда это было? — после секундной паузы требовательно спросил захватчик.
— Часа ещё не прошло.
— Вот как… — явно в замешательстве протянул головорез. — И что Ральф им рассказал?
— Ничего. Отрицал все, а потом Поляк разошелся и отец того … умер.
— Хм… — Киан помолчал с полминуты, видимо, размышляя над ситуацией. — Но все равно выходит, что пахан твой меня кинул. Лететь мы должны были ещё ночью.
— Но я то об этом и понятия не имела.
— И с чего я должен верить хоть кому-то из вашей поганой семейки? Что-то не похоже, что глаза у тебя на мокром месте в печали о почившем папаше. Да и с какого бы перепугу Моану оставлять в живых свидетеля? Насколько я знаю этих шакалов, они или тебя сейчас должны трясти, добывая информацию, или пользовать по всякому, особенно этот ублюдок озабоченный Поляк.
— Они не курсе, что я все знаю.
— Это как же вышло?
— Не твое дело!
— Слышь! — головорез дёрнул меня за волосы на затылке, чуть запрокидывая голову и кожи на шее коснулся прохладный металл. Уверена — моя же выкидуха. — Я спрашиваю, ты — отвечаешь. Четко, честно, внятно. Ну?
— Я пряталась за стеной, в соседней каморке. Давно туда уже хожу, там не живёт никто.
— То есть, твоего отца пытали, допрашивали и убивали бандюки, в ты спокойно отсиживались за стенкой и слушала? Ни на помощь не позвала, ни к копам не метнулась? Чё сказать, хороша дочурка у Ральфа, повезло ему.
— Да пошел ты! — вспыхнув мгновенно, задергалась я в его захвате, забив на острую кромку у горла. — Что ты знаешь вообще?!
— Тихо! Выдохни! — как-то примирительно ответил Киан, немного ослабляя захват вокруг моих ребер и убирая от шеи нож. — Кое-что слышал и знаю.
— Что толку мне было на помощь звать? — однако, я не могла так сразу успокоиться. Как бы не отрицала, а чувство вины уже грызло. И то ли ещё будет дальше. Если это дальше у меня будет. — Поднять шум и помочь Моану побыстрее и меня поймать и прибить? Или копы меня сами этим уродам не сдали бы с рук на руки .
— Угомонись, сказал. Права ты. Но это никак мою проблему не решает. Мне свалить отсюда нужно и значит, меня ты вывезешь.
— Как, блин? Около корабля человек Моана.
— Вообще-то, там их трое, они же не кого-то, а меня надеялись поймать. Но они — не твоя проблема. Твое дело кораблем управлять. Бабки были уплачены — должна отработать.
— А я и не отказываюсь, хоть твоих денег и в глаза не видела. Только какие у меня гарантии, что ты меня не тронешь потом?
— Никаких. — сухо ответил головорез, внезапно отпустил меня и так резко отступил, что я аж покачнулась.
Но не успела и вздохнуть с облегчением, как он жёстко сцапал меня за левую руку, тут же запястье обвило нечто, раздался сухой щелчок.
— Эй, в чем дело? — опешив, тихо вскрикнула я и задергала рукой, за которую он меня, похоже, приковал к чему-то неразличимому в темноте. — Мы же договорились!
— Ага, с твоим папашей я тоже договаривался и даже заплатил вперёд по-честному. Так что, извиняться не собираюсь. Посидишь тут, пока я с недоносками Гано разберусь.
— А если они с тобой? Я тут так и останусь, пока меня не найдут и не сдадут бандюкам?
— Значит, судьба твоя такая, цветик. И не вздумай шум поднимать. Щадить тебя, даже если сдашь меня, никто не будет. Так что, лучше сиди и молись, чтобы я справился быстрее.
— Нет-нет! Ты не можешь меня тут так бросить! — шепотом взмолилась я, дёргая рукой. — Эй! Пожалуйста! Киан!
Но ответа я не получила. Беззвучно появилась светлая полоса на месте отъехавшей двери ангара, мелькнул крупный плечистый силуэт и через мгновение вокруг уже была только безмолвная темнота.
6)
6)
Я замерла в ужасе, таращась в черную пустоту и прислушиваясь так напряженно, что в голове мигом вспыхнула боль. Но все, что удавалось услышать — бешеный стук собственного сердца и какие-то очень отдаленные стуки, тихий свист вентиляции, журчание в невидимых трубах, а спустя пару минут — попискивание и возню вездесущих крыс. Вот уж вечные спутники человеков, как и тараканы со вшами. Где бы не появлялись люди, там вскоре и они, и никакие меры стерилизации и контроля не помогали.