— Ты к чему ведешь?
— Я тебе еще нужен, как ни крути. — с раздражающим самодовольством ответил Киан.
— Намек на то, что денег сверху еще хочешь? — догадавшись, ухмыльнулась я. — Откуда мне знать, может ты меня нарочно накручиваешь.
— Лав, а у тебя все и всегда к деньгам сводиться? — опять моментально помрачнел мужчина. — Просто помочь кому-то не вариант по-твоему?
Пожил бы ты совсем без них с мое и у тебя бы сводилось.
— Просто ничего не бывает. Какая твоя выгода мне помогать? Учти, если ты рассчитываешь на благодарность в виде каких-то там непотребств, то сразу мимо. Уже говорила — я не по этим делам.
— Да что же такое, Лав! — досадливо выдохнул Киан. — Знаешь, учитывая как часто и настойчиво ты об “этих делах” упоминаешь, можно подумать, что на самом деле все обстоит совсем не так, как ты говоришь.
— Чего?! Ничего не можно, ясно?! Нечего думать тут, понятно? Тоже мне, думатель великий.
— Ясно-понятно, ты не такая и вообще. — фыркнул, снова мгновенно повеселев головорез. Черт, ну как же меня раздражают эти его смены настроения! — Ну хорошо, давай рассуждать по твоим чисто денежным критериям. Ты собралась мне вернуть все, что я заплатил твоему покойному папаше за вывоз с Рагунди, где мне грозило сдохнуть так или иначе в ближайшие дни. Но по факту-то ты меня оттуда вывезла. Пусть и сама оттуда сбегала как раз и не добровольно, но факт есть факт — мы оба живы и в безопасности. Хоть и часть работы, за которую было уплачено, но выполнена. В чистую благодарность и доброту душевную ты у нас не веришь, так что, давай назовем то, что происходит сейчас и случиться позже взаимозачетом.
— В смысле?
— Ты поделилась на корабле со мной своей едой, теперь я угощаю тебя и ты мне ничего за это не должна. Ты вывезла меня и спасла задаром, выходит, в ответ я познакомлю тебя с теми людьми тут, кому можно доверять в вопросах ремонта и закупок, а возможно, они и с заказами и грузами на первое время, пока ты себе репутацию перевозчика будешь нарабатывать, помогут.
Ого… это как-то… много. Серьезно, я-то знаю чего это стоит — наработать нужные знакомства и узнать кому можно хоть немного доверять.
— Поделилась… — смущенно фыркнув, пробормотала я, отводя взгляд. — Подумаешь — чипсы просроченные, дешманская лапша и батончики почти из картона. А ты тут пир горой закатил и еще… помощь такую предлагаешь.
— Но это все, что у тебя было, Лав. Может ты и не понимаешь в чем тут дело, но это важно для меня. И жизнь моя, какая-никакая важна, помирать в тех шахтах не был я готов. Не жди подвоха, все будет по чесноку. Так что, согласна?
Он снова стал мрачно-серьезен, но впервые не показался мне еще и опасным и угрожающим. Так что я, чуть поколебавшись, кивнула. Нет, ну а в принципе, смысл отказываться от такого козырного варианта обзавестись полезными связями? А если вдруг почую, что подвох все же есть, то уж убежать всегда смогу. Чуять дерьмо и драпать жизнь меня научила.
16)
16)
Киан
Какого черта происходит? Со мной. Откуда это желание… хм… Нет, не желание даже. Острая необходимость не выпускать из виду едва знакомую девчонку.
Нет, все понятно, благодарностью пришибло за то, что не пришлось сгинуть без вести в одном из вонючих шурфов. Радостью огрело, что живой, что сижу вот, ем в любимом ресторане. Ну и жалость, опять же. На Лав без жалости-то и не взглянешь, особенно поначалу. Сейчас-то вон — отмылась, прибарахлилась, натуральным образом изумив меня, хоть я то не пацан и видеть чего там у женщины под всем, что на ней напялено и стоит ли оно внимания, давненько настрополился. Просто до этого момента как женщину рассматривать недоразумение в лохмотьях мне и на ум не приходило.
И не в смене оперения собственно то дело. По крайней мере для меня. Да, я засек, как на Лав поглядывали из толпы. Но все они видели эту ее новую внешнюю блескучую оболочку, будь она неладна. Признаю, именно ТАКОЙ внешней оболочки я не рассмотрел и не ожидал. Но изначально не в ней же дело, не с нее началось, раньше.
Видел я Лав мельком на Рагунди, видел, не смог почему-то не заметить. Еще до того, как вскипело то дерьмище, в которое меня втянул Николай. Придурок азартный и, как оказалось, брехливый. Я то думал, что лечу на помощь бывшему другу-сослуживцу, которому жизнью обязан. Что его местные бандюганы прессовать решили, пытаясь бизнес отжать. А по факту все с точностью наоборот оказалось. Это сам Николай возомнил себя способным подвинуть от местной криминальной кормушки старого босса Гано, передел затеял. И для силовой поддержки выдернул меня, Шаха и Эхо. Дурак Николай азартный всегда был, сколько раз умудрялся проиграться в пух и прах, а потом весь месяц перезанимал у мужиков, таким и помер. Сам и парней с собой утянул.