Очнулся я от резкого, вонючего запаха, что неожиданно возник в самом центре моего мозга. Я дернулся, отвернул голову, запах на секунду исчез, а затем появился снова, немилосердно раздражая мое обоняние и, казалось, царапая сам мозг. Тогда я сделал попытку отмахнуться от противной вони.
— Он очнулся? — услышал я неизвестный женский голос.
— Да, — ответил ей голос мужской. — Очнулся. Открывайте глаза, голубчик. Ну же…
И я послушно открыл глаза. Прямо надо мной нависало уже немолодое лицо мужчины с аккуратно стриженой седой бородой и морщинистыми, добрыми глазами. Увидев мое ответное действие, он слегка улыбнулся, поправил на носу толстые очки, отнял от моего носа пузырек с нюхательной солью и сказал куда-то в сторону:
— Ну, вот. Он очнулся, — а затем снова обратился ко мне. — Как вы себя чувствуете?
— Вроде нормально, — ответил я через несколько секунд и облизал губы. — Дайте попить.
— Ага, ага, секундочку…
Где-то в стороне я услышал, как забулькала наливаемая в стакан вода, попытался повернуть туда голову.
— Не торопитесь, — предупредил меня пожилой мужчина. — Не делайте резких движений, у вас может быть сотрясение. Я сначала вас должен осмотреть.
Мне подали воду. Я медленно сел на край… гм…, дивана, принял из молодых женских рук стакан и отпил несколько глубоких глотков.
— Спасибо.
Мужчина принял у меня стакан, поставил его на журнальный столик.
— Как вы себя чувствуете, — еще раз спросил он меня. — Голова болит? Тошнит? Тремор? Зайчики в глазах?
— Голова болит, — признался я, — и тошнит чуть-чуть.
— Ага…, ну-с, давайте тогда осматриваться, дорогой вы мой. Раздевайтесь.
Я послушно разделся, ни мало не смутившись молодой симпатичной девушки, что присутствовала в комнате. Она же отвернулась к окну, дабы не стеснять меня. А пока я раздевался, внимательно осмотрелся. Я, судя по всему, находился в одной из комнат зажиточного дома. В комнате находился кожаный диван с высокой спинкой, журнальный столик, ажурные стулья, а вдоль глухой стены располагался массивный шкаф используемый в качестве библиотечного хранилища. На диване на том месте где покоилась моя голова пока я пребывал в беспамятстве, валялось окровавленное полотенце. Мельком глянул в окно — там был виден небольшой клочок зажиточного подворья — жирный боров с ленивым довольным похрюкиванием чесал спину об угол хозяйственной постройки, да несколько гусей вышагивали вдоль небольшой лужи.
Доктор пододвинул к себе классический врачебный саквояж и приступил к тщательному осмотру. Минут через пятнадцать он вынес вердикт — легкое сотрясение мозга, незначительные гематомы и ссадины по телу, рассечена кожа на затылке и до мяса разодрана щека. После осмотра он поинтересовался у девушки:
— Лечить будем здесь или в больницу повезем вашего гостя?
— Здесь, Валерий Алексеевич. Не надо ни куда его везти.
— Хорошо, — согласно кивнул доктор. — Тогда, Марина Степановна, мне будет необходим таз с горячей водой и мылом, полотенце, чистые не нужные тряпки, ножницы и бутылка водки. Организуете?
— Конечно. Сейчас прикажу.
Скоро все необходимое в комнату принесли служанки. Таз с горячей водой поставили на табурет, доктор снял с себя пиджак, закатал рукава белоснежной крахмальной сорочки и тщательно вымыл руки. Затем попросил девушку налить стакан водки, что та и исполнила послушно.