Черная тварь бросилась в атаку, и Второй чудом успел отскочить. Чудовище развернулось и снова бросилось на него.
«Понадобится помощь — зови». Чувствуя, как паника захлестывает разум, Второй завопил что есть мочи: «Остикус!!»
* * *
— Шах и мат! — Хайни с победным видом стукнула деревянной фигуркой по доске и посмотрела на Остикуса. Второй триумфальный взгляд достался Онере — «Ну, я же говорила!»
Онере и Остикус переглянулись. Брови старейшины сложились домиком в притворном страдании – «опять она меня обыграла». Когда появилась Хайни, Остикус подумал, что эта игра ей может понравиться, и не ошибся. Теперь он проводил с нею за шахматами добрую часть дня. Иногда они играли вдвоем, иногда со зрителями, в качестве которых обычно выступала Онере. И почти всегда выигрывала Хайни.
Вначале Онере думала, что Остикус поддается, но потом, приглядевшись, поняла, что у Хайни действительно талант. И изрядное терпение. Сама Онере не любила тратить время на обдумывание ходов, в этом они с Хайни были абсолютно разными. Как и во всем остальном. Общими у них были только внешность да интерес к Остикусу.
Онере с детства относилась к нему, как к сундуку с сокровищами, Хайни тоже не оходила от него ни на шаг. Спустя несколько дней она призналась, что в ее мире Остикус был единственным, кто ее по-настоящему любил. Только там, дома, он давно умер, и она хоть и понимала, что здешний ей не родной, все-равно хотела побыть с ним подольше.
И вот сейчас, когда очередная партия закончилась, а Остикус решил прогуляться по внутреннему дворику, Онере и Хайни отправились вместе с ним.
Далеко не ушли, — схватившись за дверную ручку, Остикус вдруг замер, к чему-то прислушиваясь. Рука его взметнулась, потерла висок и обессиленно упала.
— Идите без меня, — произнес он, направляясь к своему сундуку, где хранилось самое нужное, прихваченное из деревни на экстренный случай. Откинув тяжелую крышку, он достал маленькую темную бутылочку и, видя, что Онере и Хайни смотрят на него во все глаза, повторил: — Идите. Встретимся позже.
После чего выпроводил их за дверь.
Услышав, как шелкнул замок, Онере и Хайни переглянулись. За прошедший месяц они уже научились немного понимать друг друга, и мысль им в голову пришла одна и та же — «а чего это Остикус там закрылся?» Приникнув к двери, они навострили уши: послышался шорох, легкий звон, а потом наступила тишина.
Посмотрев на Онере, Хайни достала из кармана булавку. Онере кивнула, и через пару минут довольно громкой возни дверь оказалась открыта.
Влетев в комнату, они обнаружили Остикуса лежащим на полу. Хайни с перепугу решила, что он умер, но Онере утешила, уверенно заявив, что он спит.
Бутылочка с остатками жидкости, выпавшая из рук, валялась на полу рядом. Подняв ее, Онере принюхалась и озадаченно нахмурила брови. Затем осторожно лизнула край.
— Хм, леммея, красный корень, лата... Похоже, это снотворное, — и словно в доказательство сказанного, зевнула.
— Странно, чего это он вдруг решил вздремнуть? — произнесла Хайни.
Онере задумалась.
— Лата... — пробормотала она, — ее просто так в снотворное не добавляют.
— А для чего она вообще нужна?
Онере озадачилась еще сильнее.
— Ну-у... как тебе сказать... Ее вообще почти не используют, потому что она ядовитая. Разве что... — она посмотрела на Остикуса, а потом ее лицо просветлело. — Ух ты, надо же! Ты не поверишь, эта штуковина, похоже, открывает Путь.
— Какой еще путь? — Хайни нахмурилась.
— На ту сторону.
— В сумрак что ли?
Онере постучала пальцем ей по лбу.
— Вот сюда.
Хайни нахмурилась еще больше.
— Ну и зачем? Бред какой-то...
— Никакой не бред! Оттуда можно попасть куда угодно, но без тела. Ладно, я все-равно не сумею объяснить подробней. В общем, я пошла, — и она приготовилась выпить оставшееся содержимое бутылочки.
— Стой! — Хайни схватила ее за руку. — А ты не боишься проснуться трупом?
— Ну он-то жив, — Онере посмотрела на Остикуса.
— А я не об этом, — на лице Хайни появилась зловредная усмешка, — ты не боишься, что я прикончу тебя, пока ты будешь спать? Что-то ты расслабилась, дорогуша. Остикус отключился, трон без присмотра, следить за мной некому... Думаешь, я тут с вами перевоспиталась?