Причина, по которой Ос покинул дом, была глупой.
— Представляешь, они сбежали из вредности, — рассказал Второй Рейну, — старейшина не выпускал детей из деревни, а эти герои решили, что уже не дети, запросто могут прогуляться до границы королевства. И заблудились.
— Ничего мы не заблудились, — сердито произнес Ос, выходя на поляну. В руках он держал большой лист, на котором горкой лежали ягоды. — На нас напали. И притащили сюда... Чего ты так на меня уставился?
«Не на тебя», — хотел сказать Рейн, но отец, стоящий позади Оса, поднес палец к губам.
Рейн глянул на Второго — тот с интересом смотрел на ягоды. Ос, обернувшись, поднял упавшую, и Рейн понял, что отца видит только он сам.
— А где мы вообще находимся? — отворачиваясь, спросил Рейн.
— Понятия не имею, — Ос уселся рядом, положив лист с ягодами на траву. – Ешьте, если надо, я потом еще соберу, там много.
— Похоже, что в этом мире лесной народ живет еще более уединенно, чем в нашем, — сказал Второй и закинул ягоду к себе в рот. — М-м, а ничего, вкусно.
Рейн тоже отказываться не стал.
— Время, — напомнил он. — Если Ос еще мне вырос, то отец ему еще не встретился, — и невольно посмотрел туда, где стоял невидимый остальными Ульрих.
— Вы о чем? — спросил мальчишка.
— Да понимаешь... — Второй взял еще несколько ягод, — в нашем мире лесной народ перестал трястись за свое уединение после того, как наш отец, случайно познакомился с вашим вождем. Звали этого вождя также как и тебя — Остикус. И мы с Рейном подозреваем, что это ты и есть, только во взрослом возрасте. Конечно, все миры разные. Возможно, история в вашем мире пойдет совсем по-другому, но вероятность повторения довольно высока.
— То есть я, когда вырасту, встречу вашего отца и... Что произойдет дальше?
— В нашем мире было так: наш отец женился на дочери Остикуса, вождя лесного народа, в результате появились мы, — все это Рейн произнес, глядя в глаза отцу, по-прежнему стоящему позади мальчишки. Тот слегка поморщился.
— То есть, я стану вождем? — брови Оса взметнулись вверх. — Я?!
— А что тебя так удивляет? — спросил Второй.
Мальчишка опустил взгляд.
— Ну-у… я сбежал, ослушался отца и не смог защитить друзей. Такие вождями не становятся.
— Жизнь — штука непредсказуемая, — философски заметил Рейн. — Вот я всю жизнь прожил в Запретном лесу, считая себя совершенно незначительным человеком. А потом выяснилось, что я, оказывается, наследный принц, а отец мой — король. И что у меня есть сестра. И еще — он, — Рейн кивнул на Второго.
— А разве Ранмар тебе не брат? — удивился Ос.
Рейн напрягся — к этому имени в приложении ко Второму он так и не привык.
— Нет, — произнес он, буравя взглядом пространство над головой Оса, — Он — это я. А я — это он.
— Точней и не скажешь, — улыбнулся Второй. Рейн заметил, что он смотрит туда же.
— Как это? — удивился Ос.
— Сложно объяснить в двух словах, — произнес Рейн. — Ты слышал, что душу можно разделить на две части — на живую и мертвую?
— Нет. А зачем?
— Затем, чтобы человек остался жив, — вмешался в разговор Ульрих. Никто кроме Рейна его, конечно же, не услышал.
— Иногда это единственный способ сохранить человеку жизнь, — повторил его мысль Второй, вызвав недоуменный взгляд отца.
— Тогда я знаю, кто из вас умирал, — Ос посмотрел на Рейна. — Ты, верно? Смерть до сих пор стоит у тебя за спиной, — Рейн с трудом сдержался, чтобы не рассказать, кто стоит за спиной у Оса, и тут мальчишка произнес: — Помогите мне вернуться домой. Мой отец вам поможет. Он очень умный, он все знает.
— Да ладно, парень, не набивай себе цену, — усмехнулся Рейн, — мы бы в любом случае тебе помогли. Даже если бы отца у тебя вовсе не было, — и он снова посмотрел на Ульриха. — Давай, рассказывай, что ты видел по дороге, надо определить, куда идти.
Глава 40. Мост
Рассказал мальчишка немного — связанным, с мешком на голове, наблюдать за окрестностями не особо-то получалось. Однако наблюдательность сделала свое дело — стало понятно, что двигаться все же надо на север.