А потом вспыхнула деревня, и появился этот странный парень со своими байками. Вовремя появился, конечно. Но мешаться-то под ногами зачем? А теперь еще увязался следом.
Махнув на него рукой, Онере ворвалась в деревню.
Дома пылали. Со стороны сборной площади раздавались крики, ржание лошадей. Онере хотела броситься туда, но тут повернула голову и чувствуя, как холодеет в груди, бросилась к своему дому.
Мама лежала у разрушенного плетня, усыпанная черепками разбитой посуды. Разметавшиеся по земле волосы из светлых превратились в бурые, теплый платок и кофта на груди тоже пропитались кровью
— Мама! — Онере упала на колени рядом с нею, видя, как кровь алым ручейком течет из рассеченного виска. — Мама!!
Лие открыла глаза, во взгляде мелькнуло узнавание. Губы шевельнулись, и кровь заструилась сильней.
— Онере, дочка, беги. Они пришли... за тобой...
Жизнь покидала ее, как птица открытую клетку.
— Мама, нет!
— Беги, девочка моя... беги.
Бессилие душило Онере, по щекам катились слезы. Она понимала, что ничем не может помочь.
Внезапно ее оттеснили в сторону, и золотистое сияние осветило лицо матери. Рука, от которой исходило это сияние, опустилась ей на висок. А когда поднялась, кровь больше не бежала. Женщина вздохнула, медленно закрывая глаза.
— Она спит, — произнес Рейн. — Просто спит.
Онере присмотрелась, поняла, что он не врет, затем встала и, торопливо вытерев лицо рукавом, произнесла:
— Ладно, я твоя должница.
После чего со всех ног бросилась туда, где кипела битва.
Глава 5. Битва
На площади шел бой. Здесь собралась вся деревня — кто с вилами, кто с жердями, наскоро выломанными из плетней. Черные всадники теснили жителей к центру, сбивая в кучу, и уже успели разгуляться на славу — земля была усеяна телами.
Схватив камень, Онере запустила им в голову ближайшего всадника и, сбрасывая накидку, нырнула в бурлящий котел. Удар меча, летящий ей в голову, ушел в сторону, отклоненный заклятьем Рейна. Онере выхватила из-за пазухи мешочек, и в лицо черному всаднику пыхнул белый порошок. Заорав, каратель схватился за лицо и полетел наземь, сдернутый за ногу теперь уже Рейном, который решил, что глупо стоять в стороне, когда появилась такая отличная возможность навалять мерзавцам. Жители деревни друзьями ему не были, а вот карателей он не любил уже очень давно.
Онере тем временем развернулась и подняв обломок доски, размахивая им как дубиной, врезалась в гущу черных плащей, прорываясь к своим, в центр круга. Рейн не отставал, раскидывая заклинаниями сомкнувшуюся за ней стену нападающих.
Пробиваясь вперед, он не видел, что происходит там, в середине. Лишь крики, звуки ударов и шум говорили о том, что окруженные все еще живы и сопротивляются изо всех сил.
Карателей оказалось не так уж много, Рейн видел отряды и побольше. Вот только боевые навыки жителей деревни оставляли желать лучшего. Когда Рейн пробился в центр круга, то застал там всего с десяток из последних сил держащихся на ногах людей. Там же находился высокий старик с горящим взором и коротким, обагренным кровью, мечом. Людей, облеченных властью, Рейн чувствовал хорошо — старик был из таких, но бился наравне со всеми, и это внушало уважение.
Онере среди собравшихся не было. Озираясь по сторонам, Рейн пытался высмотреть ее в толпе дерущихся, попутно отбивая удары. Кинжал в ближнем бою все-таки оказался удобней, и Рейн мысленно поблагодарил отца, который всегда твердил, что магия — это хорошо, но оружие никогда не помешает.
Третьей руки у Рейна не было, отбиваясь от двух карателей, он краем глаза увидел сверкнувший сбоку меч и понял, что защититься не успеет. Неожиданно обладатель меча вскрикнул и рухнул под ноги дерущимся. Позади него с шальной улыбочкой и уже знакомой доской в руках показалась Онере, на щеке ее набухала кровью царапина.
— В расчете! — крикнула она и пригнулась, чтобы не попасть под огненный шар Рейна. Каратель за ее спиной упал, словно подкошенный.
Один из соперников Рейна переключился на Онере и тут же получил пудовым кулаком в нос от здоровяка в залитой кровью рубахе. Меч из вывернутой с хрустом руки житель деревни по праву забрал себе.
— Сзади! — завопила Онере.
Рейн вскинул руку, чтобы отразить удар, но не успел, слепящая вспышка накрыла мир белым. Погружаясь в беспамятство, собрав последние силы, он сделал то, что никак не мог сделать прежде, как бы ни старался. Он не увидел, но успел почувствовать, как столб золотого света взвился ввысь, раскручиваясь спиралью, заливая поляну, а затем и всю деревню волной древней магической силы. Пронизывая насквозь тело и разум, пробираясь в самые потаенные уголки души…