Наверное, наши отношения нельзя назвать любовными. Я не сгорала от страсти и ревности. Спокойно выслушивала сплетни о похождениях Егора. А сплетен было много. Разных. А еще - меня доставали родители. Их все так же раздражало мое одиночество. Позор для них - дочь родила ребенка без мужа. И вообще не собирается связывать себя узами брака. Много чего я выслушала от них. Всякого. Обвинений в распутстве. Угроз отобрать сына. И еще. И еще... Отказ в помощи стал последней каплей. Это сейчас можно купить все, что угодно, а тогда... И я сдалась, совершив самую непростительную ошибку За мной давно ухаживал трижды разведенный мужичок. Алкоголик. Но... Бог не дает непосильной ноши. Мы поженились. Первые полгода все было... терпимо. Но наступило седьмое ноября. Праздничный концерт отгремел под дружные аплодисменты. В методкабинете накрыты столы. Праздничное застолье. Рука Егора на моем плече. Мы говорили о прошедшем концерте, рядом с нами сидела и жена Егора. А мой супруг бегал от стола к столу и самым наглым образом надирался. Нет, повода для ревности не было. С начала моего замужества наши отношения с Егором не выходили за рамки пристойности. Мы не встречались вне работы. Мы не давали поводов подозревать нас в адюльтере. Но... алкоголику не нужны мотивы. Ему нужна единственная возлюбленная - злодейка с наклейкой. А уж потом можно и повод найти. С тех пор никто не смог меня убедить, что алкаш может бросить в любую минуту. Что его можно вылечить, закодировать, отвадить от бутылки.
Так продолжалось долгие шесть лет. Ревность - безосновательная, удушающая - она преследовала меня. В каждом жесте, слове, взгляде искался и находился намек на измену. Я перестала носить яркие наряды, сменив их на безликую невзрачную одежду. По уши закопалась в хозяйство - как раз наступили лихие 90 - е. Зарплату практически не платили, отмахиваясь взаимозачетами. Поэтому - огород, полный двор мычащей, блеющей, пищащей и гогочущей живности. Вечно распахнутые ворота - я не успевала их затворять. Так называемый муж гарцевал на "Жигулях", то уезжая на пьянку, то возвращаясь с нее... Мне было страшно - а вдруг авария?! Ладно, если сам навернется. А если кого-нибудь собьет?! И я научилась "ломать" машину, переставляя провода то на аккумуляторе, то на трамблере... Пьяному Хохлу было невдомек, а я не спешила сознаваться в содеянном...
В конце 96 - го он ушел от меня, обвинив во всех возможных и невозможных грехах. Я пожала плечами, собрала и выкинула на улицу все его вещи, выволокла из подполья ведро с известью, добавила туда раствор "Белизны", и устроила грандиозную побелку. В доме сразу стало чище и легче дышать. Алкоголики - все - энергетические вампиры. Даже такие, как мой бывший муж. Он ни разу не поднял на меня руку. И не потому, что был паинькой, нет. Просто я была сильнее. Духовно и физически. Он боялся той ярости, которая временами захлестывала мой разум... Еще в середине нашей совместной жизни он попытался "поучить" меня... Я не знаю - как это вышло, но удар левой - и Хохол летит под печь, сшибая на пути стулья и кастрюлю с плиты. Звон разбитой посуды доносится до меня как будто издалека.
Приглушенно - будто сквозь вату. А я вижу себя сверху со стороны... Вижу, как он выползает на четвереньках в сени, слышу, как хлопает дверь, а на моей руке повисает сын... -Мама! -
И я возвращаюсь в себя... Не знаю - что было бы со мной, если бы не вскрик сына... Возможно, кто-то из нас остался бы на семейном поле брани. Возможно... Но что толку гадать?! Знаю только, что после я жестко контролировала себя, не давая возможности сорваться вновь... Я уходила, не ввязываясь в словесную перепалку. Мне надо было выжить самой, надо было вырастить сына. Надо было ... Много чего надо было мне... Егор смотрел на меня больными глазами.
-Алька, зачем тебе Хохол? - спрашивал он. в очередной раз щелкая портсигаром. -Я бы понял, будь он родным отцом твоего сына... Гони ты его!
Я только вздыхала. Если бы это было так просто! Одинокая женщина в деревне - это плохо. Как бы ты ни старалась блюсти себя - слухи ползут все равно. Тем более - когда работа подразумевает частые встречи с самыми разными людьми. И если один мужик не придаст вашему общению никакого второго или даже третьего смысла: встретились, переговорили о деле, разошлись, то другой... Другой наплетет семь верст до небес, да все лесом. И вот уже ползут за спиной шепотки... А если учесть, что доброхотов множество, то порой так много нового узнаешь о себе... Вот и я - узнавала. То бабка - соседка вдруг разглядит подъехавшую по темноте машину, а утром бежит ко мне наперерез. Я как раз шла от колонки с двумя полными ведрами: