- А после одиннадцатого класса, ты мне ручкой помашешь? – не удержалась я. И сама себе ужаснулась. Я же Снежная Королева, Ледышка! А веду себя так, как будто крупицы его внимания жажду.
- Ну что ты такое говоришь, - он все-таки притянул меня к себе, отгоняя прочь все плохие мысли из головы.
Так мы и стояли, обнявшись, руки Никиты поглаживали мою обнаженную кожу на пояснице.
Вдруг за дверью, около которой мы остановились, раздались какие-то звуки. Какой-то разговор. Странный.
Едва успела догадаться, что это просто фильм, как Никита весь потемнел в лице и потянул меня в свою комнату обратно.
- Что это? – удивилась я.
- Да так. Не обращай внимания, - поморщился парень.
- С вами живет кто-то еще?
- Да, - признался он. – Бабушка последние дни свои доживает здесь.
- Прикольные она смотрит фильмы. По-моему, музыка из «Миссии невыполнима».
Он засмеялся и ничего не ответил, пожимая плечами.
- Чипсы она не ест? Можем угостить, как раз к фильму, – я лукаво посмотрела на миску , вновь оказавшуюся в его руках.
- Арин, хорош. Все-таки, она моя бабушка, - оборвал он меня и увлек в комнату. Меня окатило легкое чувство стыда.
Ведь я не плохой человек. Наверное. Я и сама, если честно, не знала. Но сомнений было много. Если кому-то желаешь зла и обиды, то вряд ли назовешься хорошим. А такого я желала много кому. И одноклассникам, и учителям, и брату. И отцу.
Мозгами я понимала, что просто запуталась, обиделась, ревную. Но ничего поделать не могла, утопала в своей дурноте. Горько ощущать себя для всех просто картинкой. Искусственной, неживой.
Глава 4
После того случая с мячом, Кораблева я невзлюбила пуще прежнего. Если сначала он лишь вызывал раздражение, всем своим видом напоминая тщедушного братца, то теперь у меня появились с ним личные счеты.
Синяк сходил еще целую неделю! Такую тонну тонального крема я в жизни не наносила. Я вообще основу не наносила, боясь испортить свою кожу. А тут…
Но однажды довелась нам с ним нелепая совместная история, после которой странный ботан меня заинтересовал. Не в каком-то романтическом смысле, упаси меня Боже. Нет. Но своими действиями и бесячим характером. Мягким, словно студень. Просто не понимаю, как можно быть таким бесхребетным мямлей?
А началось все с того, что однажды, по стечению обстоятельств, в школе я оказалась раньше всех. Ненавижу появляться вот так, ни свет ни заря. Ждать еще почти целый час, прежде чем начнется урок. Но в этот раз я показалась пораньше, просто чтобы успеть списать домашнюю работу по химии. Терпеть не могу дурацкие лабораторные работы. И особенно в виде домашнего задания. Почти всегда за меня их делал Птаха, но, как назло, мой личный крепостной заболел. И сколько я на него не сердилась, а слег он неслабо, потому что даже не отвечал на мои гневные сообщения с угрозами в WhatsApp. Домашняя работа осталась несделанной.
Теперь оставалось припереть к стенке одного из отличников класса и попросить помочь с лабораторной. И так уж оказалось, что в такую рань, как я, мог прийти только один человек – Мирон Кораблев.
Напролом двинулась к его парте, не теряя ни секунды времени. Поправила короткую юбочку и черные волосы.
- Шлюпкин! Мое лицо безнадежно испорчено! – рявкнула вот так с ходу, как будто тот случай был не полмесяца назад, а буквально вчера.
Он вздрогнул, совсем не ожидая, что я вообще с ним заговорю. Удивленно повернулся, почесывая шею. И правильно, пусть не воображает. Если бы не домашка…
Никак не отреагировав на «Шлюпкина», парень поправил очки на носу, словно спрятавшись за прозрачными стеклами.
- Я же извинился. Не знаю, что я могу сделать. Твое лицо…
- Что с моим лицом? – Снисходительно смотрю на него. Ботан слегка розовеет.
- С ним все в порядке.
Вот же зануда.
- Красивое?
Молчит, глаза вылупив. Посмеиваюсь про себя. Какой он жалкий.
- Есть один способ вернуть должок. – Я скрестила руки на груди, так и не дождавшись ответа про мое лицо. Он же вопросительно поднял брови в немом вопросе. – Дай списать лабораторную по химии.
- И это все? – ровно спросил он. Я кивнула, не успев придумать ничего другого.
- Ну да, что мне от тебя еще может быть нужно? - хмыкнула я.
Издевка прошла мимо, а вот Кораблев достал свою тетрадь и протянул мне.
- Держи.
И все? Так просто? Обычно наши отличники не дают списывать. Люба такую жесткую охрану своих тетрадей держит, как будто золотые слитки в рюкзаке, а не стопка бесполезной макулатуры.
- Кхм, ладно. – Я забрала тетрадь и, усевшись на своем месте, принялась переписывать. Даже не озаботившись тем, чтобы хоть немного переделать. Это и стало роковой ошибкой.