Ей ответствовал хор громкого храпа, служивший гарантией того, что Гавриловы и правда безмятежно спят.
— Точно, заснули, — сухо бросил Купер. — И вам пора. Ну все, баиньки.
Рассерженная словами компаньона, Расти снова устроилась на своей стороне «постели». В конце концов девушке все-таки удалось провалиться в глубокий сон, но совсем скоро ее беспощадно вырвали из мира грез. Расти казалось, что всего пару минут назад она закрыла глаза, а Купер уже будил ее. Несчастная стонала, протестуя, но даже за пеленой сна помнила о том, что сегодня важный день и совсем скоро могут завершиться все эти тяжкие испытания. Стряхнув с себя остатки сна, она села.
Вхижине царила кромешная тьма, но девушке все же удалось разглядеть темные контуры фигу-до Купера и движения Гавриловых. Куинн стоял ушсчки, колдуя над кофе и помешивая рагу в кастрюльке. Казалось бы, ингредиентов в причудливомблюде было уже достаточно, но старик все добавлял и добавлял мясо. Расти с тревогой следила за ним, в глубине души надеясь, что не вернется домой с симптомами отравления трупным ядом.
Купер опустился на колени рядом с «женой»:
— Как вы себя чувствуете?
— Здесь так холодно, — поежилась Расти, растирая руками тело. Этой ночью она лежала не в объятиях Купера, и все же жар его тела так помогал согреваться… Этот мужчина был гораздо лучше всех электрических одеял, под которыми она когда-либо спала, вместе взятых.
— Я имею в виду ваше самочувствие. Как нога?
— Кажется деревянной, но уже меньше воспалена, чем вчера.
— Вы уверены?
— Вполне.
— Попробуйте встать и слегка опереться на нее. Сделаем тест, проверим, сможете ли вы идти.
Купер помог раненой подняться. Она скользнула в рукава куртки, оперлась на костыли, и компаньоны медленно побрели к двери. Расти нужно было уединиться во дворе — в лачуге Гавриловых никакой канализации, разумеется, не было.
Когда девушка вышла из маленькой кабинки, восходящее солнце уже превратило пасмурное хмурое небо в водянисто-серый купол. Утренний свет только усиливал ее бледность. По одному взгляду на несчастную Купер понял: небольшая дорога от хижины к постройке порядком утомила ее. Прерывистое дыхание Расти образовывало облака пара вокруг ее головы
С губ мужчины машинально сорвалось ругательство.
— Что? — взволнованно посмотрела на него девушка.
— Вы не вынесете тяжелой дороги, Расти. По крайней мере, в ближайшее время это невозможно. — Купер стоял, задумчиво подперев руками бока, его глубокий вздох разочарования вился рядом облаком белого призрачного дыма. — И что, черт возьми, мне с вами делать?
Бывший вояка и не подумал смягчить свой риторический вопрос нотками нежности или сострадания. По интонации было понятно: он предпочел бы вообще не иметь дела с обузой в лице случайной попутчицы,
— Сожалею, что причиняю вам такие неудобства, мистер Лэндри. Почему бы вам не поло жить меня наживкой в медвежий капкан? Вот тогда вы точно сможете рысью понестись к этой трижды проклятой реке!
Купер метнулся к Расти и заглянул ей прямо в лицо:
— Послушайте, вы, неисправимая оптимистка! Должно быть, вы слишком наивны, чтобы понимать: оставаясь здесь, вы подвергаете себя большей угрозе, чем ковыляя к реке.
— Мне все равно! — вспылила девушка. — Если бы у вас вдруг выросли крылья и вы на всех парах понеслись бы туда, для меня это все равно было бы недостаточно быстро! Я хочу как можно скорее уйти отсюда, подальше от вас, и в самое ближайшее время оказаться дома!
Суровая нижняя губа Купера почти исчезла под усами.
— Я все понял. — Он повернулся и зашагал к хижине. — Добираться до реки будет гораздо быстрее без довеска в вашем лице. Останетесь здесь.
— Ну и прекрасно, — отозвалась Расти.
Вскинув подбородок в твердой решимости жестом своего попутчика, девушка похромала следом. С трудом добравшись до двери, которую Купер оставил приоткрытой в спешке или гневе, Расти услышала отголоски ожесточенного спора. Повернувшись боком и помогая себе локтями, она умело сманеврировала и вошла в дом.
— Куинн, будьте благоразумны, — увещевал Купер. — Рубен лет на двадцать моложе вас. А я хочу идти быстро. Так что ваш сын составит мне компанию. А вы останетесь тут с… моей… моей женой. Я не могу бросать ее тут совсем одну.
— Но, папа… — заныл Рубен.
— Он прав, мальчик мой. Вы сможете идти гораздо быстрее, чем я. Если повезет, доберетесь до реки уже к полудню.
Очевидно, этот план пришелся Рубену не по душе. Он бросил на Расти прощальный голодный взгляд и удалился, бормоча что-то себе под нос. Купер тоже не выглядел довольным своей участью. Отведя Расти в сторону, он вручил девушке ракетницу и коротко проинструктировал, как ею пользоваться: