Стыдно. Стыдно, но ничего не поделаешь. Том не мог попросить Марселя вернуть подарок, лучше сам отработает, неизвестно каким способом заработает сумму, которую стоила корона, и возместит ущерб.
- Извини… - проговорил Том, не поднимая головы. – Я не знал, что ты мог её продать, даже не думал, что ты так поступаешь.
- Что, совесть проснулась? – осведомился Шулейман, пытливо смотря на Тома. – Или жадность?
- Совесть, - ответил Том, потёр лицо и посмотрел на него. – Глупо получилось, очень в моём стиле: я ругаю тебя за то, что ты слишком много тратишь, покупая что-то мне, но в итоге я сам прос… отдал эти деньги. Но я не буду просить Марселя вернуть корону, - добавил твёрдо, с опаской в глазах, готовый говорить, что заработает и вернёт стоимость королевского украшения.
- Забей, - махнул рукой Оскар и, обняв его за плечи, чмокнул в висок. – Корона принадлежит тебе, ты волен делать с ней всё, что захочешь.
Том затих в его тёплых объятиях, убеждающих, что на него не злятся, не винят, успокоился. Обнимая Оскара за пояс, поднял лицо от его лица и спросил:
- Машины ты тоже продаёшь?
Никогда он не задавался вопросом, куда отправляется очередная машина, после того как покупается новая, но сейчас задумался, стало интересно.
- Да, - ответил Шулейман. – Не под пресс же отдавать моих красавиц.
- Теперь я убедился, что ты принадлежишь к своему народу, и мама «не испортила кровь», - улыбнулся Том.
- Ага, главный стереотип: еврей сидит на горе золота и бережёт каждую копейку, - посмеялся Оскар и добавил: – Я не стремлюсь вернуть потраченные деньги, но если можно это сделать, то я не прочь. В мире немало людей, желающих приобрести вещи, которыми я пользовался.
***
Покупатель короны нашёлся на удивление быстро. Её пожелала приобрести молодая жена одного русского олигарха. Ирина рассчитывала, что сможет получить украшение лично из рук Тома, у которого на странице и увидела корону ещё до того, как наткнулась на объявление о продаже, и расстроилась, что вышло не так. Она, беря пример с европейских представительниц самого высшего света, отслеживала страницу Тома, восхищалась его особым видением и стилем работы и мечтала у него сняться. Но муж почему-то запретил ей заказывать съёмку у молодого французского фотографа, а мужа ей приходилось слушаться.
После завершения сделки и получения вырученных денег, Марсель позвонил Тому.
- Том, двенадцать это слишком много, пожалуйста, забери хотя бы одиннадцать, - говорил он вполголоса, боясь по телефону называть вещи своими именами.
- Марсель, это твои деньги, вся сумма. Почему ты опять хочешь отказаться?
- Я не отказываясь от всего, но это огромная сумма. Если я оставлю себе всё, то буду всю жизнь чувствовать себя неудобно из-за этих денег…
Сумма в двенадцать миллионов евро действительно была нереально огромной, пугающей для того, кто в жизни не видел таких денег и в одночасье их получил.
- И от таких денег может сорвать крышу, если получить их вдруг, без умения с ними обращаться, - продолжал Марсель. – Я очень благодарен тебе за желание помочь, но это слишком. Пожалуйста, забери большую часть.
Том вздохнул и спросил:
- Марсель, ты сейчас честно говоришь или тебе просто стыдно брать эти деньги?
- Честно, - незамедлительно ответил друг. – Меня пугают эти деньги. Столько мне не нужно. Я оставлю себе триста, этого мне хватит и на лечение, и на учёбу, и ещё останется.
- Хорошо, я заберу часть, - сдался Том и выдвинул условие: - Но тебе останется пятьсот.
- Зачем мне лишние двести тысяч? – в недоумении выговорил Марсель.
- Купишь квартиру, - развёл свободной рукой Том и затем нахмурился. – Квартиру можно купить за такую сумму?
- Можно.