Постаравшись отбросить тянущие душу мысли, спрятаться от них, Том перебрался к Оскару, свернулся калачиком под боком, ткнувшись лицом ему в плечо. Затем поднял голову и, заглядывая в глаза, сказал:
- Я не сбегу. Теперь только с тобой, - добавил Том, засмеявшись, и игриво, совсем слабо пихнул Оскара в бок.
В отместку Шулейман ущипнул его за рёбра и тут же прижал к себе одной рукой, предупреждая попытку отодвинуться. Несколько минут Том лежал тихо, думал о чём-то, прижимаясь ухом к груди Оскара и приложив к губам кулак, и вернулся к теме захватившего его разум путешествия по России.
- А ведь есть ещё и другие страны типа России, но маленькие, те, которые рядом с ней, - увлечённо говорил Том. – Страны бывшего СНГ…
- Нынешнего, - поправил его Оскар. – Бывший – СССР.
- Точно, - кивнул Том. – Я знаю. Это я и хотел сказать. Можно и туда съездить.
Он покрутился в поисках телефона и, найдя его, сел и погрузился в изучение стран «типа России».
- Давай съездим на Украину? – бегло выдал Том, насмотревшись на покорившие его яркие пейзажи указанной страны.
- Ладно, - согласился Шулейман, думая, что путешествие будет долгим…
- И…
Прикусив губу, Том открыл список стран СНГ и, зацепившись взглядом за три страны, стоящие у истоков содружества, сказал:
- …В Беларусь.
- Туда мы не поедем, - отрезал Оскар.
- Почему? – Том непонимающе посмотрел на него.
- Потому что нам туда ехать не надо. Просто поверь мне на слово и не заставляй объяснять.
Не став спорить, Том пожал плечами и вернулся к просторам интернета. Больше ни одна страна не заинтересовала его настолько, чтобы включить её в список «хочу побывать там в этот раз», и он остановил свой выбор на России и пяти её городах и Украине.
Несмотря на внезапный пылкий интерес к странам восточной Европы, запланированный Шулейманом маршрут не отменили и не корректировали. Том и не думал отказываться от его идеи, потому договорились сперва завершить поездку по Европе, а в Россию и далее отправиться после этого.
Италия отметилась в памяти вкуснейшим мороженным, архитектурой, в частности Базиликом Святого Петра, который внутри был настолько впечатляющ, что дыхание замирало от величавой красоты, созданной руками истинных мастеров, пронизанной чем-то неосмыслимо высоким, большим, чем есть каждый человек. Париж отметился воспоминаниями: о том, как познакомились и как ещё ребёнком проходил лечение здесь, в клинике-тюрьме строгого режима за чертой города. О том, как жил здесь и как в последние, самые смутные и тёмные месяцы перед днём, подарившим объединение, Оскар был перманентно рядом. После такого они не могли расстаться, просто не могли… О том вспоминалось, как без малого два года назад уехал с Оскаром в Ниццу, потому что Париж больше не был для него городом-мечтой; уехал, не подозревая, что попросится к Оскару в постель не для сна и что они поженятся.
Помимо воспоминаний, связанных с ним, Париж отметился – «новым Парижем». Город влюблённых открылся Тому с новой стороны, поскольку увидел его без призмы сковывающих ограничений и искажающих реальность страхов; увидел глазами обычного человека, приехавшего в город, счастливого молодожёна, у которого в жизни всё, безусловно, хорошо…
В Швеции Том добрался до местного деликатеса – квашеной селёдки. Выйдя из магазина, он сел есть консервы прямо на улице. Оскар присел на скамейку рядом:
- Я слышал, что эта дрянь жутко во…
Договорить Оскар не успел, так как Том открыл банку, и в нос ударил резкий, концентрированный запах тухлятины, свойственный данному продукту. Шулейман скривился и прикрыл ладонью рот, а Том как ни в чём не бывало взял двумя пальцами расползающийся кусок рыбы и отправил в рот и даже не поморщился, что заставило Оскара скривиться ещё сильнее.