- Не верится, что ты помогаешь мне в таком «не царском деле».
- Я тоже умею удивлять, - ответил Шулейман и, сорвав с ветки персик, подбросил его, поймал и отправил в корзину.
Пускай он сказал так, будто делает одолжение, но сам факт того, что он это делал – дорогого стоил. Его помощь [читай - участие] трогала Тома до глубины души. Том не думал об этом, но он приручил неукротимого сильного и благородного зверя – настоящего льва. Приручил одними лишь взмахами ресниц.
- Лучше возьми корзину, если хочешь помочь, - мягко и благодарно проговорил Том. – Она будет тяжёлой.
Оскар забрал плетёную корзину, прижал её к себе одной рукой, а второй помогать собирать фрукты. «Тени», наблюдавшие эту картину, не верили своим глазам: Шулейман-младший собственноручно и добровольно собирает в саду фрукты и таскает корзину под них! Потом Эдвин тоже удивится, когда ему отчитаются в невиданном происходящем. А Пальтиэль, получив фотографии и рассказ, возведёт глаза к небу и поблагодарит Бога за Тома. Потому что именно Том сделал из его сына достойного человека с большой буквы.
Остановившись перед мощным деревом, Том задрал голову, окидывая взглядом раскидистую крону. И обернулся к Оскару, сверкнув зубами в игривой улыбке:
- Я всегда мечтал полазить по деревьям.
Подойдя ближе к дереву, Том ухватился за ближайший толстый сук и подтянулся, карабкаясь наверх. Устроившись на том самом толстом суку, придерживаясь рукой за ствол, он весело махнул второй рукой:
- Давай ко мне!
Шулейман также окинул дерево оценивающим взглядом, прикидывая, как на него залазить и свои шансы сделать это. Потом плюнул на размышления, поставил корзину на землю и повторил путь Тома, но с другой стороны дерева, где ближайший к земле сук располагался несколько выше. Тоже сел на суку, немного напрягаясь и прислушиваясь, чтобы не раздался треск.
- Оскар? – позвал Том и, когда тот вопросительно посмотрел на него, продолжил. – Помнишь, ты рассказывал, что мечтал съесть фрукт, сидя на дереве? Ты исполнил это желание?
- Нет, - качнул головой Шулейман. – Не пришлось. А что?
Изогнув губы в улыбке, Том быстро отвернулся, сорвал плод и бросил его Оскару:
- Лови!
Шулейман не обратил внимания, на какое дерево они залезли, машинально поймал фрукт и, раскрыв ладони, с удивлением обнаружил у себя в руках грушу. Том помнил.
В отличие от Тома, Оскар не испытывал бьющего через край щенячьего восторга от исполнения детских желаний и мечтаний, он вовсе не видел смысла исполнять нечто из далёкого прошлого, ныне не актуальное, если находилось такое, что он не сумел совершить в срок. Но этот момент сам по себе наполнил чем-то особенным и приятным.
Никогда прежде Шулейману не приходилось есть фрукты с дерева, ему и мысль такая не приходила в голову. Но он не стал фыркать и, обтерев грушу об закатанный рукав рубашки, откусил сочный, большой кусок.
- Поздравляю с исполнением мечты, - проговорил Том, лучась глазами, будто солнцами.
«Моя главная мечта – это ты», - мелькнула в голове Оскара мысль.
И это было чистой правдой. Потому что Том был единственным, что он не мог купить, даже за все свои деньги. И даже кольцо на пальце не давало никаких гарантий.
Оскар не обманывал себя иллюзиями и ясно сознавал, кто в их паре любит больше. Его такой расклад устраивал. Только если однажды Том не сорвётся в свободный полёт и не сбежит. Как мама когда-то. Ведь даже её, страстно любящую красивую жизнь, не удержало всё то, что отец мог ей дать и давал, и она выбрала волю и независимость.
- Спасибо, - искренне произнёс Шулейман, и Том забавно вскинул к нему взгляд и изломил брови в выражении удивления.
Том впервые услышал от него слова благодарности. Кажется, Оскар за всю жизнь никому и никогда не говорил «спасибо», привычный к тому, что все оказываемые ему услуги щедро оплачиваются, а за такое не благодарят. Но с Томом он всё больше открывал в себе что-то новое, человеческое…
- Здравствуй!
- Я вас не понимаю, сеньор чужестранец. Я не говорю ни на одном из иностранных языков.
- Вы тоже меня не понимаете?
- Так вы француз? Я никогда прежде не встречал французов.
- Я вас не понимаю. Вы тоже меня не понимаете. Но только вербальные языки различаются, а язык тела одинаков для всех и понятен.
- Разделите со мной танец? Если вы сделаете это, возможно, потом я разделю с вами ночь. А дальше... Жизнь покажет. Кто знает, быть может, наша встреча продиктована судьбой, или же мы расстанемся навеки, оставшись в памяти друг друга мгновением.
- Вы умеете играть на гитаре? Я не умею, неправильный я испанец.
- Потанцуете со мной?
- Мы здесь только вдвоём, поэтому живой музыки не будет. Но я могу предложить замену.
- Я по-прежнему не понимаю. Но французская речь - это ведь французская? - очень нравится мне. Говорите, моё сердце трепещет.
- Пойдём!
- У нас другой король. Но, быть может, ты станешь моим Королём…
- Будешь моим Королём?
- Пойдём в дом?
- Это чужой дом. Но ты будешь в нём моим гостем...
- Оскар? Не надо имён.
- Тише.