И всё-таки Тому иногда нужно было вырываться из своей красивой жизни с Оскаром в жизнь обычную, такую, из которой был родом, чтобы переключиться, отдохнуть и потом с удовольствием вернуться домой.
Марсель заварил ароматный красный чай. Принёс две дышащие паром прозрачные стеклянные чашки. Одну поставил на стол напротив перевёрнутой головы Тома, а со второй сел в кресло, дуя на напиток и поглядывая на друга.
- У тебя нет соломки, чтобы я мог не переворачиваться? – наглея, поинтересовался Том.
- Могу поискать какую-нибудь, - ответил Марсель, обнимая ладонями чашку. - Но такой длиной и гибкой у меня точно никогда не было, и подавишься ведь.
- А если не подавлюсь? – изрёк Том задумчиво.
Протянул руки, коснулся кончиками пальцев нагретого кипятком стекла.
- Надеюсь, ты не будешь пытаться влить кипяток в рот в таком положении? – настороженно спросил Марсель.
- Я думаю над этим. Но подожду, пока остынет.
Том вытянул ноги вертикально вверх, развёл едва не на шпагат, потом переплёл на спинке дивана. Ему была лень вставать, но и совсем без движения не лежалось.
- Можно я как-нибудь останусь у тебя на ночь? – спросил после недолгого молчания. – Может, даже сегодня.
Марсель поперхнулся горячим чаем. Том в своём вопросе не видел ничего предосудительного и, неправильно истолковав реакцию друга, уточнил:
- Или ты каждую ночь проводишь с… Извини, забыл, как его зовут.
- Родион, - подсказал Марсель. – Мы расстались.
Том перевернулся, сел, забегав глазами и исходя участием.
- Почему?
Помнил, что у друга всё было прекрасно с этим мужчиной, и он буквально светился от счастья. Марсель пожал плечами:
- Он был единственным достойным человеком в моём списке и нашёл вариант получше.
- Ну и идиот. – Том поднялся с дивана и сел на подлокотник кресла, в котором сидел Марсель, обнял его за плечи, прижав к себе. – Ты замечательный вариант. Если бы в моей жизни не было Оскара, я бы без раздумий был с тобой. Фотографировал бы, ждал тебя с работы и готовил к твоему приходу ужин, чтобы ты с порога чувствовал, что не один, - улыбнулся сердечно и ободряюще, сверху заглянув в лицо друга.
- Звучит потрясающе, - Марсель ответил ему благодарной улыбкой. – Но мне не везёт в личной жизни.
- Обязательно повезёт.
Том обнял друга двумя руками и поцеловал в лоб у кромки волос, прижал к себе, уткнув лицом в грудь. Закачал, будто ребёнка укачивая. Повторил:
- Обязательно.
Обхватил лицо Марселя ладонями, поднял, заглядывая в ореховые глаза, наклонился и коснулся губами губ. Глаза Марселя неестественно расширились, и с губ сорвался напряжённый вопрос:
- Что ты делаешь?
- Так нельзя? – осведомился в ответ Том и, судя выражению лица, сам понял, что ответ отрицательный.
Отпустил, выпрямился, сложил руки.
- Извини, я иногда заигрываюсь. Ничего такого я не имел в виду.
Том ушёл на диван, испробовал чай, так же, как и Марсель ранее, обхватив ладонями греющую чашку. Промычал довольно и поделился впечатлением:
- Вкусно.
- От Родиона на память остался. Он сам в основном пил кофе, но и в чае прекрасно разбирался.
- Я тоже предпочитаю кофе, чая в детстве перепил.
- Извини, сказал бы, - Марсель почувствовал себя виноватым за то, что они давно дружат, не в первый раз проводят время у него дома, а он не знает, какой напиток больше любит Том и всегда заваривает чай. – Могу сделать кофе.
- Не надо. Мне правда нравится, - успокоил его Том. – Кофе я пью дома и в заведениях. А такой чай никогда не пробовал, - он сделал ещё один глоток, подтверждая, что всё в порядке.
Вдумчиво пил, наслаждаясь вкусом, ароматом и тем, как напиток прогревает внутренности, а за ними всё тело, и обратился к другу:
- Так можно мне остаться у тебя сегодня? Ты ведь не работаешь завтра?
- Нет, не работаю, - подтвердил Марсель. – Хорошо, оставайся.
Том взял мобильник, чтобы позвонить Оскару и предупредить, что вернётся среди ночи или вообще утром, но не успел отправить вызов, как взгляд зацепился за левую руку, в которой держал телефон. Не сообразив сразу, что не так, он перевёл взгляд к правой руке и обратно к левой.