- У нас первая брачная ночь, так что время самое подходящее. Можно сказать, что мы обязаны переспать.
- Мы это сделали до свадьбы. План выполнен.
- Это не в счёт, - отмахнулся Шулейман. – К тому же я обещал тебе что-то особенное в эту ночь. Секс на высоте десяти километров тебя устроит? – спросил лукаво.
- Нет.
- Почему?
- Потому что этого делать нельзя, - сказал Том, уверенный в своей правоте.
Оскар усмехнулся, поведя подбородком, и ответил:
- Нас никто не поругает и не внесёт в чёрный список.
Он подался к Тому, а Том отклонился назад.
- Это небезопасно. Мой папа бывший пилот и потом всю жизнь работал и работает в авиации, я не буду нарушать инструкцию по поведению на борту.
- Интересный аргумент, - кивнул Шулейман. – Но провальный. Правило на запрет секса на борту самолёта существует из-за того, что занимающиеся им люди будет мешать другим пассажирам, а им будут мешать бортпроводники. Но у нас свой самолёт, и никого постороннего в нём нет, - он развёл руками, как бы показывая и подтверждая то, что они одни и могут делать, что захотят.
Том несколько секунд смотрел на него исподлобья и сказал:
- Я всё равно против. А если случится аварийная ситуация? – ляпнул первое, что пришло в голову.
- Если случится аварийная ситуация, будет без разницы, что мы в тот момент делали – в любом случае будет плохо.
Увернувшись от рук Оскара, Том быстро встал и пересел в кресло напротив, не сводя с парня следящего взгляда. Шулейман вальяжно поднялся, подошёл и наклонился к нему, упёршись ладонями в подлокотники кресла, прямо смотря в глаза нечитаемым взглядом. После чего без слов начал неторопливо расстегивать на Томе белоснежную рубашку.
Том подскочил с кресла и попятился в сторону спиной вперёд, спросил:
- Мне придётся убегать от тебя по всему самолёту?
- Из замкнутого пространства не убежишь.
- Ты же знаешь, я чокнутый и не склонен думать, прежде чем действовать, могу и выпрыгнуть.
- Двери заблокированы, так что никуда ты от меня не денешься.
- Я буду ломиться к пилотам и просить о спасении! – с шутливым вызовом заявил Том, продолжая отступать, в то время как Оскар неспешно сокращал расстояние между ними.
Препирательство превращалось в игру, Том чувствовал это и ничего не мог с собой поделать – ему доставляло удовольствие в ней участвовать.
- Жаль, что нельзя в кабине пилота, - отвечал Шулейман, продолжая наступать и теснить Тома к противоположной стене. – Хотя – сейчас самолёт на автопилоте, можно попросить пилотов выйти. Как раз тебе понравился вид оттуда.
Том остановился и окинул его недоумевающим взглядом.
- Всегда думал, что из нас двоих – только я сумасшедший.
- Да, действительно, - согласился Оскар. – Это перебор. Конечно, я не против умереть во время секса. Но не сегодня.
Том дошёл до стены и упёрся в неё. Шулейман воспользовался этим и, упёршись рукой в стену, наклонился к Тому:
- Долго ещё собираешься от меня бегать?
- А сколько осталось до приземления? – поинтересовался в ответ Том.
Шулейман усмехнулся:
- Кончай строить из себя неприступность, святая невинность. Не верю, - сказал и впился поцелуем в губы, не оставляя места для возражений.
Том не сопротивлялся, он и сам завёлся – и от недавних действий Оскара, и от игры. Но делать это в самолёте он по-прежнему не хотел.
- Оскар, постой, - Том упёрся руками в плечи парня. – Сюда в любой момент может прийти стюардесса.
- Здесь есть спальня.
Встретив удивлённый и вопросительный взгляд Тома, Шулейман добавил:
- Пойдём, стеснительный ты мой, - усмехнулся и, взяв Тома за руку, потянул в сторону спальной комнаты.
В спальне Том не успел оглядеться, как Оскар вновь взял его в оборот, завладев ртом в поцелуе и прижимая к себе за талию. Пояс-кушак никак не желал развязываться, после нескольких безуспешных попыток и дёрганий атласной вещи, Шулейману пришлось оторваться от Тома.
- Кто пошил эту хрень? – выругался он, хмурясь и вновь дёргая пояс.
- Ваш семейный портной, - подсказал-напомнил Том.