Я медленно шагал среди небольших надгробных плит, пока не оказался у нужной.
Здесь лежал Томас Питерс, любимый брат и сын. А рядом с ним - могила матери, нашей красивой и невероятно счастливой мамы...
Я присел рядом с могилой брата и посмотрел на небольшое фото на надгробной плите. Том улыбался на ней, но эта улыбка больше не согревала моей души.
- Что делать мне сейчас? Подскажи?- смотрел я на надгробие и старался сдерживать слезы,- ты же видишь, братишка, я без тебя не справляюсь... и без нее я не могу... Дай мне какой-нибудь знак...
Я опустил глаза в землю, и несколько минут сидел так молча. А потом зазвонил мой телефон, и я трясущейся рукой достал его из кормана.
Звонила Рона, и я поначалу не поверил своим глазам, но быстро поднял трубку:
- Здравствуй...
- Здравствуй , Тобиус,- звучал спокойно и размеренно голос девушки,- прости, что не позвонила раньше, мне нужно было время...
- Ничего, скажи, как ты?- сильно волновался я, подскочив на месте.
- Я прочла письмо Тома,- затрясся голос Роны,- и я...
- Прошу, не говори ничего, я просто хочу, чтобы ты знала, я люблю тебя, очень люблю, - перебил ее я, словно боялся услышать приговор, вынесенный ею мне.
- Тоби, я прощаю тебя...
- Рона...
- Послушай,- слышал я, как учащается ее дыхание в трубке,- но я не смогу...
- Что не сможешь?
- Быть с тобой, Тобиус. Я не смогу. Я до сих пор не могу поверить, что его больше нет,- начала плакать в трубку Рона, - я не знаю, что мне делать.... Я.... Я любила его... Только его...
- Любила его...- повторял я как помешанный ее слова,- любила только его...
- Прости меня,Тоби.... Прости.... Прощай...
Голос Роны поглатила истерика и слезы, и она положила трубку. А у меня просто опустились руки. Я не мог больше плакать, во мне просто не осталось ни слез, ни сил.
Рона подписала мне приговор, и последняя надежда умерла вместе с ее прекрасным и грустным «прощай».
Кое-как я доплелся до дома отца. Кое-как набрал секретарше и сообщил о том, что ухожу в отпуск еще на месяц... Как шли дела в школе меня сейчас волновало мало, но по словам моей посощницы Ланы, с бизнесом проблем больше не было, даже наоборот, идеи Роны нам очень помогли.
Вечером я дождался Рэни с дежурства и сообщил о решении, которое обдумывал весь сегодняшний день.
- Я уезжаю в Варьяну, завтра утром..
- Ты уверен, сынок? - смотрел на меня уставший мужчина.
- Уверен, я не могу здесь больше... Хочу побыть один, отпустить все это....
- А получится ли? Отпустить?- вздохнул Рэни.
Снова захотелось плакать, но я улыбнулся:
- Я постараюсь, папа... Я постараюсь...
Глава 20.
Прошло 3 месяца.
Я задержался в Варьяне чуть больше, чем планировал. Ирма приняла меня с распростертыми обьятьями , а узнав об истинной причине моего приезда и вовсе чуть не сошла с ума, со свойственной ей эмоциональностью. Я не стал ничего от нее скрывать, рассказал все как есть обо мне, Томе и Роне. Надоело постоянно всем врать, хотелось немного чистоты и правды в своей жизни.
Но Ирма не злилась. Напротив, кажется, даже сумела меня понять и поддержала. По моей просьбе она заселила меня в комнату, где раньше жил Том. После его отьезда она пустовала, Ирма специально не заселяла туда никого в память о брате.
А меня пустила. Так и полетели мои томные, наполненные тоской, дни в Варьяне.
Первое время мне часто было очень худо. Я вспоминал Тома и Рону, и мир словно переставал существовать в эти моменты. Но потом немного отпускало, и я даже иногда радовался редким лучам солнца в этих горах.
С делами школы я работал удаленно. Иногда это занимало достаточно времени и сильно помогало отвлечься от депрессии. Но проблемы бизнеса обычно быстро решались, и я оставался снова наедине с собой и своей бедой.
Несколько раз Ирма предлогала мне обратиться к психотерапевту, но я отказывался. Хотел справиться со всем сам, а может просто не хотел забывать эту боль от потери брата и потери Роны, ведь только благодаря этой боли я до сих пор чувствовал себя живым.
Я часто прокручивал в своей голове последний разговор с Роной. Ее слова били в самое сердце, она никогда не любила меня, а чего я хотел? Единственное, что радовало меня хоть немного, что она начала жить, оставив нас с Томом позади. Рэни часто звонил мне в Варьяну, и даже несколько раз приезжал. Он рассказывал, что Рона приходила к нему, споашивала , где находится могила Тома, и про меня спрашивала. А потом он узнал, что вместе с сестрой и ее семьей она переехала в другой город, и , кажется, теперь там у нее все хорошо.
У нас получилось спасти ее, как и хотел мой брат. Теперь оставалось найти силы и жить дальше мне.