- Не за что, - ответил Оскар. – Просто для того, чтобы ты познакомился со стимулом. Как ощущения?
- Очень неприятные, - сказал в ответ Том, буравя его взглядом исподлобья. – Это было очень больно.
Шулейман настроил мощность шокера так, чтобы удар не сбивал с ног и не вызывал судороги, но при этом разряд оставался остро-болезненным.
- На то и расчёт. Аверсивная терапия, одна из самых действенных, между прочим.
Том сложил руки на груди, некоторое время молчал, не сводя с Оскара взгляда, и произнёс:
- Ты ведь это несерьёзно?
- Про аверсивную терапию? Она действительно весьма эффективна. Почитай на досуге, если не веришь.
- Я не об этом.
- А о чём?
Шулейман, делая вид, что не понимает Тома, облокотился о стену и устремил на него пытливый, хитро поблёскивающий взгляд.
- Я об этой штуковине, - Том указал взглядом на шокер в его руке. – Ты ведь не собираешься бить меня током?
- Где в моих словах ты услышал, что я не собираюсь этого делать? Всё с точностью наоборот.
- Ты этого не сделаешь, - Том качнул головой упрямо, уверенно, но напряжённо.
- Я бы сказал «давай поспорим?», но это неуместно. Я сделаю, и буду делать до тех пор, пока не увижу результат. А я его увижу. Моя ставка – плюс-минус через месяц.
- Очередной эксперимент? Оскар, нет, ты не будешь бить меня током, - Том вновь твёрдо качнул головой.
Внутри он отнюдь не был так уверен, но он и не мог поверить, что всё это всерьёз. Он знал, что Оскар на такое способен, но успел слишком привыкнуть к Оскару другому – не доктору-психиатру, для которого профессиональная этика – пустой звук, и который добивается своего любыми способами.
- Это не эксперимент, а терапия. Терапия, направленная на коррекцию нежелательного поведения, если быть точнее.
- Может быть, уже хватит играть в доктора и пациента?
- Это не игра, мой дорогой, это жизнь, - издевательски-елейно ответил Шулейман.
- Я не хочу жить с доктором, - проговорил Том, вновь сверля Оскара взглядом, продавливая.
Но не тут-то было.
- Не хочешь жить с доктором – не живи с доктором, - пожал плечами Оскар. – Тебе известна эта схема. Но пока ты живёшь со мной, я за тебя в ответе и я буду делать то, что посчитаю нужным.
- Оскар, это смешно! – Том повысил голос и резко всплеснул руками.
На самом деле ему было как угодно, но не смешно. Смешной эта ситуация могла быть только со стороны.
- Так смейся, - просто ответил Шулейман, вновь пожав плечами.
Том шумно выдохнул и гневно засопел. Сменив тактику, он попробовал выхватить у Оскара шокер, но тот увёл руку в сторону и нажал на кнопку, шкварнув в воздух. Том от этого трескучего, сулящего боль звука шарахнулся назад. Ему одного раза хватило для того, чтобы начать опасаться.
Шулейман ухмыльнулся, довольный реакцией Тома, и сказал:
- Знаешь, почему ещё этот метод действенен? Джерри боялся ударов током – негативный опыт.
- Думаешь, мне передались его страхи? – скептически спросил в ответ Том.
- А ты думаешь, что только способности и отдельные качества?
- Ты у нас доктор, ты и скажи.
- О, вот ты и признал, что я до сих пор доктор.
Том открыл рот и закрыл, отвернул голову к окну, поджав губы. Ещё один бесспорный талант Оскара – ловить на слове. Том и про это как-то подзабыл.
- Я не доверю тебе своё перевоспитание, потому что ты плохой доктор, - через паузу ответил Том, вернув взгляд к Шулейману. – Я помню, как ты лечил меня в центре.
- Начинается «фаза Джерри», так что я пойду. У меня сейчас нет настроения для страстного спора.
- Нет у меня никакой «фазы Джерри»!
- Есть. Том говорит, что я хороший доктор и единственный специалист, который ему подходит. А Джерри говорил, что я плохой доктор и припоминал, как я лечил тебя в центре.
- Я не считаю тебя плохим доктором, я просто так сказал, - мотнул головой Том, начиная путаться в собственных словах и мыслях.