- Это, - Том взял прядь волос, - для фотосессии. Я не планировал ничего такого устраивать, - он указал ладонью на трюмо, имея в виду, что не планировал разыгрывать. – Но у тебя было такое лицо, когда ты зашел и увидел меня – я в зеркале видел, что я не удержался.
- Для фотосессии? – переспросил Шулейман. – Ты решил взять себе образ Джерри? Или что, решил всё-таки вернуться к работе фотомодели в этом образе?
- Нет, нет, - Том дважды мотнул головой. – Это для моих съёмок. Я хочу сделать серию снимков, где будут двое, я и Джерри. Понятное дело, я буду и за себя, и за Джерри. Думаю, у меня получится достоверно изобразить его. Отдельно снимусь в его образе, отдельно в своём, потом… В общем, это сложно объяснить. Я покажу тебе, когда будет готова хоть одна фотография. Потом, когда сниму «Джерри», перекрашусь обратно в свой цвет и постригусь. Как раз мне уже мешают волосы, их слишком много, - Том снова взял прядь и бросил.
Он говорил и увлечённо, как всегда, когда речь шла о его любимом искусстве фотографии, и серьезно, и без капли утаивания.
Оскар несколько секунд разглядывал его и непонимающе задал вопрос:
- Когда ты успел? Ты же утром ещё был нормальный.
- Я после завтрака поехал в салон, в начале шестого вернулся. Ещё я зашёл в пару магазинов – мне же и одежда нужна подходящая, у меня ничего из гардероба Джерри не осталось. Мне было немного неловко ходить по городу так… - Том смущённо улыбнулся. – Может быть, с непривычки… Но это не моё. Особенно ресницы – это кошмар какой-то! Мне от них векам тяжело и они мешают глазам.
Он отошёл к трюмо и, сев на стул и наклонившись вперёд, потёр левый глаз.
- Я, конечно, не специалист, - сказал Оскар, - но, по-моему, их нельзя тереть.
- Вот чёрт! – выругался Том, вспомнив, что да, нельзя, тем более в первое время после наращивания.
Он вскинул голову, часто заморгал, широко-широко раскрывая глаза, и спросил:
- Отвалились?
- Нет. Но помялись.
- Надо будет расчесать.
Том повернул голову к зеркалу и, облокотившись одной рукой на трюмо, прикусил костяшку пальца. Хотелось прикусить указательный палец, но он сразу начал приучать себя к мысли не тянуть пальцы в рот, пока не отснимет часть Джерри, поскольку гелевые ногти велик соблазн сгрызть, как леденец. Лучше не пробовать.
Это тоже был жест Джерри. Оскар ни разу его не видел, поскольку Джерри так делал, только когда сидел перед ноутбуком и сосредоточено думал над своей миссией и планом её исполнения, которого не было. Но он отчего-то был уверен – Джерри так делал.
Том сейчас снова был – вылитый Джерри. Оскар смотрел на него, на его позу, на всё и не мог найти ни одного различия. И при этом он оставался Томом.
Какой-то сюр. Нет, не сюр – всего лишь психиатрия, мать её, самая запутанная и загадочная медицинская наука.
- Оказывается, быть фотографом так дорого, – снова заговорил Том и повернулся к Оскару. – На реквизит уходит куча денег, и это только одежда! Для меня это не новость – что всякое покупать надо, чтобы воплотить идею, но таких масштабных съёмок у меня ещё не было… Хорошо хоть, что кроме одежды и мелочёвки ничего не надо в кадр, у тебя в квартире красивая обстановка. Но надо будет передвинуть некоторую мебель…
Обычно Том никогда не грузил Оскара своими творческими идеями и рабочими моментами и только показывал ему результат, что, в принципе, было не обязательным, так как он всегда видел его в инстаграме. Точно так же он не рассказывал Оскару о том, что интересного видел во время прогулки, или как прошла встреча с Марселем. Он не рассказывал ни о чём, что происходило в его жизни отдельно от Оскара, за редкими исключениями. Но сейчас прорвало, понесло, и он говорил, говорил, говорил – делился. Сейчас он не думал о том, что Оскару, как и любому человеку, который не в теме в какой-либо области, о которой идёт речь, не интересно его слушать.
- О, я не первый день хочу спросить, но забываю. У тебя есть ненужная комната?
- Ты называешь её своей, - ответил Шулейман.
- Нет, - качнул головой Том, - другая. Ещё одна. Есть?
- А тебе зачем?
- Мне нужна студия. Снимать дорого и неудобно, мне нравится работать дома и не хочется для этого куда-то ехать или идти. Я хочу какую-нибудь комнату переделать под студию, - выложил Том свои планы. – Я бы использовал для этого свою, но она маленькая, там не развернёшься, а ещё она тёмная. Есть какая-нибудь комната, которая тебе не нужна? – повторил он. – Большая.