Том как открыл рот, так и замер, и дышать забыл.
- Ты это серьёзно? – с напряжённым неверием спросил он. – Зачем?
- Ты же хотел сделать маме с папой такой подарок, - пожал плечами Оскар. - Я решил сделать его за тебя, раз ты не можешь позволить себе такую трату.
- Но я не просил тебя, - Том говорил растерянно. – Я… Я не могу принять такой подарок. Извини, - он отодвинул от себя папку. – Я понимаю, можно делать дорогие подарки, но нельзя дарить дом. Это слишком.
- Ещё как можно, - авторитетно парировал Шулейман. – И это не тебе подарок, а твоей семье, ты к этому дому не имеешь никакого отношения.
- Но… - начал Том, но Оскар прервал его.
- В любом случае эта недвижимость принадлежит Кристиану и Хенриикке Роттронрейверрик, даже не мне. Себе я её не оставлю – она мне не нужна, и продажей тоже не буду заниматься.
Взгляд Тома смягчился, просветлел принятием и затаённой благодарностью. Затаённой, потому что умом он всё равно не мог принять такой красивый и щедрый поступок Оскара – да, кому-то могут дарить дома-квартиры, но не ему. Неважно, что это для его родителей, это же – его родители. Это больше, чем если бы Оскар зачем-то купил дом ему.
- Сколько он стоит? – спросил Том, вновь опустив взгляд к папке и бережно перевернув первые страницы.
- Миллион двести, - не стал таить Шулейман.
- Сколько?! – воскликнул Том, вскинув к нему взгляд. – Оскар, это… Не надо было тратить такие деньги.
- Для меня это ерунда.
Том дёрнул уголком рта и отвёл взгляд. Он и сам понимал, что для Оскара миллион – ерунда, но для него это не было ерундой.
- Ты специально выбрал подороже? – спросил он.
- Этот дом далеко не самый дорогой и не самый большой, в нём всего две спальни. Он дороже тех, что смотрел ты, из-за района. Кстати, можете не беспокоиться по поводу его оплаты, все счета будут приходить мне.
- Оскар… - почти простонал Том, снизу глядя на Шулеймана, который продолжал стоять перед ним.
- Что? Было бы не очень подарить дом, который дорого содержать, и обречь твоих родителей каждый месяц выкладывать за него деньги или продать его.
Оскар и помолчал и, так как Том ничего не сказал, спросил:
- Тебе хоть нравится?
- Он прекрасен, - честно ответил Том, разглядывая фотографию, и с трепетом провёл по ней кончиками пальцев поверх прозрачной обложки. – Но это…
- Это подарок, - покачал головой Шулейман, пресекая попытку Тома вновь заныть. – От чистого сердца. Мне нравится Кристиан. Твоя мама, может быть, тоже понравилась бы мне, если бы мы больше пообщались.
Том снова посмотрел на него снизу, признательно, смущённо, с лёгкой улыбкой на губах. А затем вздохнул и, опустив голову, покачал ею:
- Я даже не знаю, что сказать…
- Просто скажи спасибо и не парься.
- По-моему, спасибо в данном случае неуместно, - пробормотал Том.
Ему казалось, что словесная благодарность за такой подарок будет выглядеть попросту ничтожной.
- Если ты хочешь отблагодарить меня каким-то особым образом, то я за, - с ухмылкой сказал в ответ Оскар.
Том выгнул бровь и серьёзно спросил:
- Я должен расплатиться с тобой натурой?
- Ты не должен. Это подарок, а за них не платят. Но если это твоя личная инициатива, то я с удовольствием приму благодарность.
Том вновь улыбнулся, неуверенно, благодарно, не обнажая зубов, поднялся с кровати и, постояв секунд пять напротив Оскара в раздумьях, что делать, обнял его.
- Пока так, - сказал он ещё через пару секунд, не размыкая объятий.
Шулейман тихо усмехнулся и обнял его в ответ, слегка похлопав по лопаткам.
- В прошлом и это от тебя было огромным подвигом, так что нормально.
Том улыбнулся и уткнулся носом ему в основание шеи. В голове появилась мысль – как же ему, Тому-неудачнику, могло так повезти? Причём он поначалу принял свою удачу за невезение и наказание. Хотя нет, не принял, сначала, в центре, он был настолько шокирован поведением своего нового доктора Оскара Шулеймана, что ни о чём не думал.
Отстранившись, он озадаченно и растерянно посмотрел Оскару в глаза: