- На мне нет одежды, так что вряд ли у тебя что-то получится. Но сморкаться в наволочку или размазывать сопли мне по плечу тоже нежелательно.
- Лучше сделаю это по-человечески. Где салфетки?
Том приподнялся на локте и завертел головой в поисках необходимой ему упаковки. И почувствовал характерную, стремительно нарастающую щекотку в носу: ему остро захотелось чихнуть. Выпалив отрывистое: «Господи!..», Том подскочил и, сгорбившись, зажал ладонями не только нос, но и почти всё лицо и перестал дышать, потому что если чихнёт, то всё, от чего нужно было избавиться, полетит фонтаном. Что за конфузная ситуация, собственный организм издевается?
- Я сейчас задохнусь, - глухо и гнусаво проговорил в ладони по-прежнему не дышащий Том. – Дай салфетки.
Получив заветную упаковку, он отодвинулся от Оскара, отвернулся и зажал нос салфеткой. Но все усилия были напрасны, поскольку тихо высморкаться не получалось.
- Как в одном маленьком носу может столько помещаться?! – в запальчивом недоумении воскликнул Том, опустив очередную использованную салфетку.
- О да, малыш, это очень сексуально, - саркастично высказался в ответ Шулейман.
Том глянул на него поверх кулака с новой салфеткой, продолжил своё дело и после сказал:
- Вот, я излил тебе не только душу.
Шутящий и иронизирующий над собой Том – это отдельный вид искусства. Как и злящийся. Все его живые проявления приводили душу Шулеймана в восторг и были для него лакомым удовольствием. Впрочем, печальный и опустившийся Том тоже не оставлял его равнодушным.
- Ты мне уже излил всё, что мог, - ответил Оскар. – Осталось только обмочиться. Но лучше не надо.
Приведя себя в порядок, Том по возможности незаметно убрал комки использованных салфеток подальше и вернулся под бок к Оскару. Прикрыл глаза, не видя того, что и как парень смотрит на него.
Шулейман в очередной раз убедился, уверился в том, что принял верное решение. Осталось только претворить его в жизнь.
У него – его семьи из двух человек – было без малого сорок пять миллиардов, но самое дорогое лежало рядом. Дорогое, бесплатное и бесценное.
Спасибо папе за ссылку в центр.
Глава 34
Глава 34
Мне бы только смотреть в твои глаза,
Я так боюсь проснуться без тебя.
Люди скажут, что мы сошли с ума,
Я хочу таким остаться навсегда.
Алексей Воробьёв, Я чувствую твою любовь©
Том проснулся один в кровати. Приязненно и ленно жмурясь от яркого солнца, пробивающегося через веки и окрашивающего всё под ними и в голове в тёплый розовый цвет, потянулся и перекатился по постели вправо и обратно, приятным способом разгоняя кровь. После чего наконец-то полноценно открыл глаза. Точно – в постели и комнате он один, и, судя по тому, как высоко и ярко палит солнце за окном, сейчас около полудня. Неудивительно, что Оскара нет: он тоже горазд поспать, но не настолько.
Взгляд остановился на записке, лежащей на тумбочке. «Ты слишком долго спал. Надеюсь, догадываешься, какой вопрос я хочу тебе задать?».
Том удивлённо дёрнул бровями: «какой ещё вопрос?» Но забыл об этой мысли, отвлёкшись на коробочку, которая стояла за запиской и забрала всё внимание. Внутри оказалось кольцо. Неожиданный презент – и непонятно, по какому поводу, но едва ли можно сомневаться в том, что он предназначался ему.
Достав украшение, Том примерил его на средний палец, на указательный, но идеально село кольцо только на безымянный палец. Там его Том и оставил, вытянул перед собой руку, поглядел, как смотрится, и покинул постель. Быстро надел те штаны и майку, что скинул вчера перед сном, и пошёл на кухню, чтобы попить воды и найти Оскара.
- Обычно сначала говорят «Да», а потом надевают кольцо, - произнёс Шулейман, пьющий за столом кофе и приметивший кольцо на левой руке Тома. – Но и отношения у нас развивались отнюдь не по классическому сценарию, так что сойдёт.
Налив себе воды, Том сделал два глотка и повернулся к парню:
- Какое «да»?
- Ты читал записку?
- Да. Ты написал про какой-то вопрос… Что за вопрос?
Том опустил задумчивый взгляд к кольцу на своей руке и, прежде чем Оскар успел ответить, снова посмотрел на него: