Вмиг лишившись и надрыва, и сил, Том доковылял до кресла, упал в него и, согнувшись, закрыл ладонями лицо, не выпуская ремня из правой руки. Произнёс громким шёпотом:
- Я очень боюсь тебя потерять… Мы не сможем быть друзьями и встречаться иногда, - проговорил Том, подняв голову и посмотрев на Оскара. – Мы можем быть только теми, кто мы есть: парой людей, которые вопреки всем законам логики живут вместе, - и снова уронил лицо в ладони.
И вот – Том снова прежний, обычный. Шулейман практически слышал, как у него от всех этих качелей съезжает крыша. Шулейман практически слышал, как у него от всех этих качелей съезжает крыша. Усмехнувшись самому себе, он подошёл и сел рядом с Томом.
- Я говорил, что когда-нибудь ты сведёшь меня с ума?
Том угукнул.
- Тогда мне больше нечего сказать.
Через обоюдную паузу Том отнял руки от лица и с тяжёлым вздохом сказал:
- Прости. Я не понимаю, что со мной происходит. У меня крыша едет. Я отдаю себе отчёт в своих действиях, всё сознаю, но не могу себя контролировать.
- Самое время обратиться к специалисту. Это я тебе тоже уже говорил.
- Нет, я не пойду.
- Почему? – Оскар слабо всплеснул руками; он не мог понять упрямства Тома в этом вопросе. - Ты же уже не боишься врачей?
- Не боюсь. Но я не хочу. Я слишком долго варился во всём этом: больницах, врачах, лекарствах и чувстве своей ненормальности, и думал, что конца этому не будет, конец придёт только вместе с моим концом. Мне нравится здоровая жизнь, та жизнь, которой я живу сейчас, и я не хочу вмешивать в неё психиатрию.
Шулейман подумал и кивнул:
- Ладно, подождём. Но, уж не обижайся, если я сочту, что тебе остро необходима помощь, я скручу тебя и сдам в клинику.
- А назавтра приедешь навестить, а меня там уже нет.
- Думаешь, сумеешь выработать за ночь способность проходить сквозь стены?
Том с лёгкой улыбкой на губах уклончиво пожал плечами, встал и ушёл в сторону спальни. Оскар хотел остаться, не вестись на эту провокацию – а даже, если это была не она, для него было именно так. Но не сдержался и через двадцать секунд пошёл за Томом. Вернулся, забрал ремень и снова поспешил в спальню. Ремень может пригодиться.
Глава 7
Глава 7
Любимый цветок — это в первую очередь отказ от всех остальных цветков.
Антуан де Сент-Экзюпери©
«Погуляем сегодня?» - такое сообщение Том отправил Марселю утром.
Марсель, который в это время уже был на рабочем месте и, как всегда бывало с этой перепиской, отвлёкся от обязанностей, удивило неожиданное предложение без «привет» и прочих предисловий, но он с радостью согласился. Как раз сегодня была суббота, и он работал всего лишь до пяти, а на вечер у него не было никаких планов, сидел бы дома.
До назначенного времени встречи Том успел дважды выгулять Лиса и Космоса, а в третий раз одного Лиса, так как его чёрный брат выказал нежелание снова покидать дом. В четыре двадцать Том завёл щенка домой и без пяти пять подошёл к магазину техники. Сунул руки в карманы джинсов и стал ждать. Решил не заходить внутрь, не хотел отвлекать, раз уж всё равно до закрытия осталась всего пара минут.
В магазине кассиры обслуживали последних трёх посетителей, а все остальные работники ожидали, когда стрелки часов покажут заветное «17:00». Диана, заметив Тома через стекло, сказала:
- Тебя уже ждут.
Марсель, до этого задумчиво наблюдавший за неторопливыми покупателями, вопросительно посмотрел на подругу. Девушка кивнула в сторону огромных окон и тоже стеклянной двери. Проследив за её жестом, Марсель увидел Тома, который стоял вполоборота и в ожидании разглядывал всё вокруг, но не заглядывал в магазин и не видел его.
- Видимо, я слепая или недалёкая, - проговорила Диана, также смотря на фигуру за стеклом. – Я считаю тебя симпатичным и очень хорошим парнем, но в выборе между тобой и Шулейманом я бы никогда не выбрала тебя. А этот Том бегает от него к тебе.
- Том тоже не бегает, - ответил Марсель, посмотрев на подругу. – Мы просто общаемся, ничего больше.