- Зачем ты мне поддался? – спросил привалившийся к стене Шулейман, когда Том вышел из кабинки.
- Я не поддавался, - не очень убедительно соврал Том и подошёл к ряду умывальников.
- Зачем? – проигнорировав его высказывание, повторил Оскар.
Том вздохнул и сознался:
- Я не мог обыграть тебя при твоих друзьях. Это неправильно, потому что ты для них авторитет, а я так, - Том махнул мокрой рукой, – всего лишь твой любовник, который при тебе должен быть на второй роли. Как бы это выглядело, если бы ты мне проиграл?
Он коротко взглянул на Оскара и, отвернувшись обратно, пожал плечами:
– А так всё легко объяснимо и правильно: дуракам и новичкам везёт, а на тебе моя удача закончилась.
- Ты определённо умнее, чем кажешься, - заметил Шулейман, отдавая Тому должное и оглядывая его с ног до головы, с головы до ног.
- Это удобно, - ответил Том, медленно намыливая руки. – Было неудобно, когда наоборот.
- Не делай так больше.
- Не тупить? – Том оглянулся к Оскару.
- Не поддавайся. Мне нужна честная победа. И я умею проигрывать.
- Ты хоть раз проигрывал? – Том выключил воду и вновь обернулся к Шулейману.
- В покер – да. Например, однажды я проиграл яхту за… Не помню, за сколько, да и не важно, сейчас эта цена всё равно не актуальна.
- У тебя была яхта? – удивился Том.
- Ага. В более юные годы мне нравилось не только ездить и летать, но и плавать.
Том обдумал слова Оскара и качнул головой:
- Вещь можно купить новую, даже яхту, а репутация – восстановлению не подлежит.
- Ты говоришь как мой папа, - фыркнул Шулейман. – Репутация, конечно, важная штука, но не в этом случае, не загоняйся так, - он оттолкнулся от стены и подошёл к Тому. – Сыграем ещё раз. Честно, - подчеркнул Оскар, направив на Тома указательный палец.
Том открыл рот, чтобы возразить, но Оскар не дал ему этого сделать:
- Сыграем, - повторил он. – У меня всё в порядке с самооценкой, она не пострадает от проигрыша. Это всего лишь игра.
Том согласился. Они собирались вернуться к остальным, но Том окликнул Шулеймана:
- Оскар?
Тот остановился в дверях туалета, повернулся и кивнул, показывая, что слушает.
- Я не хочу забирать деньги, которые выиграл, - сказал Том.
- Почему?
Том помолчал, закусив губу, и ответил:
- Я не знаю. Просто я чувствую, что… - он облизнул губы, - что мне не надо этого делать.
- Если не хочешь оставлять себе, можешь перевести куда-нибудь, - пожал плечами Оскар, на удивление спокойно восприняв его алогичную причину. – Там около четырёхсот пятидесяти тысяч – нормальное такое пожертвование.
Том кивнул: хорошая идея.
Они вернулись к компании. Во втором раунде один на один Том тоже проиграл, честно. Потому что волновался – потому что всё равно не мог переступить через барьер в себе. Оскара игра удовлетворила и на этом с покером закончили, но все остались сидеть за столом.
- У тебя такие красивые губы, - произнесла Элла, глядя на Тома. – С тобой наверняка потрясающе целоваться.
- Тебе хватит, - сказала Изабелла и переставила подальше бутылку текилы, которую Элла распивала в одно лицо; все остальные пили коньяк или виски.
- Что я такого сказала?! – искренне не поняла Элла, округлив красивые светло-карие, и забрала бутылку обратно, обняла одной рукой. – Я же не сказала, что хочу попробовать. Но я бы не отказалась, - она улыбнулась и прямо посмотрела Тому в глаза.
Том от такого поворота растерялся и не знал, куда деть свои глаза и должен ли он что-то сказать. Посмотрел на Оскара.
- Но я понимаю, что ты занят, – смиренно закончила Элла.
- Почему самые лучшие мужчины всегда встречаются друг с другом? – перехватила слово Бесс. – Том, аккуратнее, ты теперь наш враг номер один, потому что увёл у нас Оскара, - посмеялась она.
- Можно подумать, кто-то из вас имел на меня виды? – скептически высказался Шулейман.
- Уверена, что каждая за этим столом была в тебя влюблена, - проведя перед собой рукой, сказала Бесс.
Она обвела подруг взглядом и развела руками: