Я пожала плечами.
– Я не могла найти банк, который одолжил бы мне 1000 долларов, не то что в 100 раз больше. Правда, банки не за что осуждать. Какой человек в здравом уме даст такую сумму юной мечтательнице, владеющей половиной шахты, в которой никогда не находили камней больше, чем на несколько сотен долларов?
– Тогда почему бы не продать Чайна Куин? – осведомился Чанс.
Я вскинула голову, удивившись интонациями в его голосе.
– Это все равно что продать мечту. Любые полученные мной деньги не возместят всего того, что я потеряла. – я криво усмехнулась. – Знаю, это глупо, но у меня особое чувство к Чайна Куин.
– Хотя ты давным-давно там не бывала?
– Да.
Я поколебалась, тщательно выбирая слова, пытаясь заставить Чанса понять, почему бесполезная шахта так важна для меня.
– Это все, что осталось от детства. Эти воспоминания и половина заброшенной шахты – мое наследство. Может быть, я никогда не отыщу розовые кристаллы в Чайна Куин, но половина шахты принадлежит мне. Когда-то семья моей бабушки построила там дом. Конечно, он нуждается в ремонте и доработке, но это не страшно. Поверь, это прекрасная местность. Дикая и каменистая, бархатисто-зеленая зимой и невыносимо жаркая летом. Когда-нибудь я построю там настоящий райский уголок. Ну а пока довольствуюсь тем, что знаю: земля ждет меня. Ждет, когда я вернусь домой.
Подняв голову, я заметила, что Чанс пристально, суженными глазами изучает меня. На его лице сменяли друг друга гнев, печаль и бессильное раздражение.
– Ты никогда не продашь ее?
– Ни за что, – отрезала я и быстро добавила: – Это не такое уж безумие, как кажется, Чанс. Налоги самые что ни на есть ничтожные и… и я могу отдыхать там, когда захочу.
Говоря так, мы доехали до кафе, помещение которого было на редкость уютным.
К нашему столику подошла симпатичная официантка, и мы заказали сырную пиццу, по одному грибному жюльену и по порции горячего шоколада.
– И часто ты там отдыхаешь? – осведомился он.
– Н-нет, конечно, нет. Однажды я даже добралась до поворота на шахту. Но дорога выглядела ужасно. Я побоялась ехать по ней одна. Правда, вряд ли что-то случилось бы. – И, немного подумав, добавила: – Да, уверена, что все обошлось бы. Я планировала сделать вторую попытку.
- А почему твой друг не сопроводит тебя туда? - осведомился Чанс.
- Друг? Какой? - вздрогнула я.
- Да тот парень, который подарил тебе красивую статуэтку... Ты же сама говорила.
Нечаянное упоминание о Джерри заставило меня задрожать, но все же я с трудом овладела собой.
- Он слышать не хочет об этой шахте, говорит, она очень опасна и настаивает, чтобы я продала её...
- Он прав, - лукаво усмехнулся Чанс. - Чертовски опасна. Но если ты не возражаешь, я мог бы поработать твоим Ангелом-Хранителем.
– Что-то ты подозрительно активно интересуешься мной и моей шахтой, Ангел-Хранитель, - насторожилась я.
Чанс снова усмехнулся:
- Все очень просто, детка. Половина Чайна Куин теперь моя.
Я опешила настолько, что не обиделась даже на фамильярное "детка".
- Подожди, как твоя? А Сильвия?
- Твоя сестра проиграла мне её в покер год назад, - холодно сообщил он, выплевывая каждое слово. -Твоя тетка так обозлилась, что всякий и каждый в поселке слышал ее вопли. И уж кто не слышал ее, то уж твою кузину… Сильвия визжала, как демон, особенно когда предложила мне вернуть свой проигрыш в постели, а я послал ее куда подальше.
- Ну, ЭТИМ тебя вряд ли удивишь! - в бессильной злобе прошипела я. - Сомневаюсь, что твоя постель вообще когда-нибудь остывает, разве что ты предпочтешь остаться в одиночестве.
Чанс хмуро усмехнулся.
– Ну зачем же так грубо? С тех пор, как я повзрослел, я стал чрезвычайно разборчивым в отношении женщин, чего никак не скажешь о Сильвии. Этой девице всегда было все равно, с кем спать.
- Чёртова дура! - вздохнула я, уронив голову на руки.
- Не могу с тобой поспорить, но сделка действительна. Посмотри сама.
Чанс вынул из кармана рубашки сложенный вчетверо лист бумаги и подал мне.
Я развернула его, пробежала глазами и... этот документ, действительно, подтверждал право Чанса Уокера на владение половиной шахты!
- Полагаю, ты приехал в Лос-Анжелес, чтобы разыскать меня не только для того, чтобы похвастаться этим приобретением? - холодно спросила я.
- Конечно, нет, я все ещё хочу предложить тебе продать мне свою половину, но вижу, что ты уперлась, как баран.