Он набрал воздуха в грудь, надёжно закрыл дверь за собой и как можно скорее поспешил к тёмным деревьям. Короткими перебежками, приникая к весенней траве, он миновал открытое поле. Должно быть ему повезло, снайперы на башнях не выстрелили, иначе наверняка бы поднялась тревога на стенах. Выбраться из Обители – дело опасное, но понятное, зато теперь перед ним стеной вздыбился нехоженый Навий лес.
Под могучими соснами и елями тишина ещё глубже. На первом же древесном стволе Егор разглядел знак Мара-Вий – предостережение людям, что здесь начинаются границы подземников, и любой, кто зайдёт в их владения, непременно раскается.
Егор мог защититься лишь увесистым кошелём, примотанным шнурком к запястью. Ударишь таким, то, пожалуй, можно и зашибить, но Егор взял кошель не для схватки. Он двинулся через лес мимо знаков, под ботинками зашуршала лесная подстилка и затрещали сучки́. Он без стеснения ломал ветви и даже корил себя, что оставил фонарик. Зачем ему красться, когда он сам ищет встречи? Главное не получить выстрел в спину, успеть сказать хотя бы два слова, найти того, кто сможет выслушать.
Время тянулось, ничего не случалось. Неужто за ним никто не следит? Невидно троп. Егор то и дело натыкается на плотный кустарник и поворачивает. В ночной темноте он не лучше слепого котёнка, хотя забрёл дальше любого из Волкодавов. Тишина обольщала. Будь хоть трижды уверенным, что остался с природой один на один, но сама природа как раз за тобой наблюдает. Ты чужак, ты выглядишь и пахнешь иначе, чем дети дождя, воздуха и земли. Пусть ты осторожен, но на первом же шаге нарушил неписанные порядки обитателей чащи. Древний лес уже поглотил тебя. Когда его дети немного привыкнут к твоему шуму и запаху, ты тоже превратишься в добычу.
Егор остановился и огляделся в поисках хотя бы намёка на засаду или погоню, но ничего: собственное дыхание и стрёкот сверчков. Он шагнул дальше, удар сзади повалил его на колени. Откуда-то за спиной оказался живой человек! Из памяти начисто вылетело, что он хотел заговорить первым. Руки скрутили, слова застряли где-то под кромкой ножа, прижатого к горлу.
– Я безоружен!
На голову натянули мешок, запястья перекрутили.
– Я из Монастыря! – лихорадочно пытался он объяснить. – Отведи меня к ведунье, я пришёл договориться! Там, на руке, кошелёк с серебром. Ради серебра вы грабите языческие караваны, вам нужно много, я могу дать!
Он частил и совсем не так убедительно, как надеялся. Из Егора потоком лилось всё, что рождал перепуганный ум. Страшно до дрожи, что прямо здесь и сейчас его просто зарежут. Врезали по лицу. Егор не ожидал тычка и свалился на землю.
– Не убивай! – застонал он с мешком на голове. Ледяное сердце упало в живот. Он слышал к нему подошли, вдруг задрали мешок и крепко поцеловали. Егор невольно отпрянул, его прижали рукой за затылок и облизнули смоченным в крови языком. Мешок стянули с лица окончательно, Егор увидел перед собой охотницу Нави, спасённую им два года назад.
– Здрав буде, – расцвела она в клыкастой улыбке и тут же поправилась со смущением. – Здрав-ствуй.
– Здравствуй, – ошалел Егор, не веря, что видит Риту. Она просияла, как будто они разговаривали волшебными словами, но вот нахмурилась, силясь что-то сказать.
– Я тебя ждати… ждала. Одва… два году-года. Ты смелый, приде, пришёл ко мни, мне сюды… нет, не так, – она потёрла лицо ладонью, словно выжимала из себя правильное и опасалась неправильного, подтянула его за грудки и прижалась лбами. Рита потёрлась носом об его нос и, блаженно улыбаясь, спросила.
– Я тобя люблю, а ты… сможешь любить такую, как я?
Егор не знал, как лучше ответить. Вместо смерти в лесу он повстречался с давно потерянной девушкой. Карие глаза Риты сверкнули во тьме, она поцеловала его ещё жарче, ещё дольше чем в первый раз. Но внезапно прижала голову Егора к груди и застыла. Рита прислушивалась и смотрела куда-то за ночные кусты. Не время и не место для пылких свиданий. Она отпустила Егора и поспешила развязать ему руки, знаками попросила идти за собой. Чудом окажется, если его заметила только она. Бесшумно ступая в подлеске, Рита повела его в сторону, откуда пахло рекой. Пока не минула ночь, у них ещё оставалось время.
*************
В автокорпусе торопились подготовить машины. Два броненосца и две автоцистерны снаряжали припасами, подкачивали камеры в шинах, в который раз разгоняли двигатели. Пять других машин автокорпуса по приказанию Сергея оснастили новым оружием. Внутри их корпусов смонтировали баки с насосами, на клёпанные башенки установили маски под новый калибр. Работа затянулась далеко за полночь, мастера поспевали к сроку и даже не заикались об отдыхе. Автомеханики проверяли машины от днища до крыши, чтобы конвой прошёл долгий путь от Монастыря до городов на востоке без серьёзных поломок вернулся назад.