Каждая из подруг вытащила по кольцу и показала Дашутке. Все кольца разные, от медного до золотого. Сама Дарья сняла с пальца серебряный перстень с янтарным камушком.
– Ну, вот и славно. Только чур вместе держаться и никуда по одной не ходить! В тепле много чего затаилось и шепчется. Слышите? Парень молодой плачет, рядом с ним мать в сенях причитает.
Подруги вытаращились на Дарью и забормотали промеж собой: никто не слышал в пустом доме ни звука. Довольная улыбка расплылась по лицу Дарьи, ей нравился страх подруг, она подозвала всех к столу.
– Садитесь скорее, а то заметит кто-нибудь нашу свечку – разгонит!
Подружки торопливо расселись на подставленных ящиках и чурбаках. Чтобы развеять остатки волнения, они спешно пересказывали друг другу Монастырские сплетни. Очень скоро разговоры свелись к тайным чувствам. То ли одиночество тепла побуждало их откровенничать, то ли таинство, которым они собирались заняться.
«Гадалке у судьбы и спрашивать ничего и не нужно. Человек сам о себе всё расскажет», – вспомнила Дарья слова наставницы.
Из принесённого мешка она вынула сито и насыпала в него пшеницы.
– Бросайте колечки сюда! – указала она на сито. Подруги положили кольца, и Дарья перемешала пшеницу рукой.
– Первое гадание простое, – строго объявила она. – Кто какое колечко достанет, такой и муж у вас будет. Медное – за трудника выйдешь, серебряное – за ратника, золотое – высокого чина будет жених.
Подружки переглянулись. Все, наверное, подумали о Егоре. Он единственный из высоких чинов до сих пор ходил не женатый.
– А если перстенёк с янтарём выпадет, тогда выйдешь за того, кого сама пожелаешь! – закончила Дарья и выставила сито на стол.
На лицах некоторых подруг расцвели загадочные улыбки. И сомневаться не стоит, что они будут искать в зерне лишь янтарный перстень.
Гадание началось, подруги вместе запустили руки в пшеницу. Дарья с ухмылкой следила, как у них сверкают глаза. Какая глупая мелочь! А всё-таки верят.
Пальцы Дашутки нащупали крупный камень, и она вытащила руку из сита, не разжимая кулак. У каждой подружки к тому времени лежало по колечку в ладони. Кивнув, она позволила им взглянуть на судьбу. Тишина в комнате нарушилась вздохами. У одной подруги оказалось медное кольцо, у другой золотое, а у третьей перстень с янтарным камушком. Дашутка удивленно приподняла бровь. Она точно знала, что перстень с камушком выпал ей и разжала ладонь. На руке лежал чёрный камушек, непонятно как угодивший в зерно.
– Это глупое гадание! – недовольно сказала Дашутка. – Ничего в нём правдивого нет. Давайте я вам кое-что понадёжнее покажу…
Девушки начали перешёптываться: им-то гадание глупым не показалось.
«Раскудахтались, куры!», – зло подумала Дарья. – «Ну, погодите же, сейчас устрою!».
Она снова достала мешок из-под стола и вынула два круглых зеркала: первое побольше, второе чуть меньше. Одно она поставила напротив другого и зажгла по бокам две свечи. После этого усадила первую из подруг у большого зеркала – так, чтобы глаза смотрели поверх маленького, в бездонный тоннель из сплошных отражений. В конце этой чёрной дороги дрожали лучистые огоньки свечей.
– Смотри на отражения, – вкрадчиво шептала Дашутка над плечом притихшей подруги. – Там своё будущее и увидишь. Суженого, единственного, старого аль молодого, холостого или вдовца, сытого или голодного – зеркало всё откроет. Но как только увидишь его, выкрикни «чур!», иначе дух из зеркала выскочит и нечистую силу за собою притащит!
Подружка хотела перекреститься, но не решилась. Каждая из них пришла на гадания за советом от тёмных сил. Дарья почувствовала страх и заулыбалась. От живота к груди прокатилась волна приятной истомы. Очень скоро в комнате испуганно вскрикнули: «Чур меня!». Одна за другой подруги садились перед зеркалом, чтобы увидеть в отражении своё будущее.
Дашутка сама не раз испытывала гадание. Если долго смотреть в отраженья зеркал, то при свете свечей могло привидится самое невероятное. Иногда подруги видели не только знакомых людей, но и целые картины из будущего. Кто-то видел себя с малышом на руках, кто-то различил сгорбленного старика или молодого красавца. Слёзы сменялись возгласами радости, удивление – облегчением, но сначала всегда царил страх. Дашутка глубже вдыхала, когда очередная подруга подсаживалась к зеркалам в ожидании призраков.
Но тут ей самой привиделось, что за окном кто-то есть. Ни скрипа, ни стука она не услышала, даже снег под окном не хрустел, лишь почувствовала: снаружи есть кто-то. Она подошла к окну и немного отодвинула занавеску. За мутным от пыли стеклом показалось лицо и тут же исчезло в ночной темноте.