Аня отвернулась и стала смотреть в окно, давая понять, что больше говорить не хочет. Аудиенция окончена. Напрасно Нина Ивановна охваченная страхом, вилась вокруг неё, и старалась встать так, чтобы попасться Ане на глаза, и всё спрашивала – что можно сделать, как спасти Кирюшу?
Назад она вернулась сама не своя, и Маша спросила её понимающе:
— Свела знакомство?
Конечно, Нина Ивановна позвонила домой, и захлёбываясь от волнения, выложила дочери новость. Но её дочь – властная, уверенная, что априори в её семье ничего подобного быть не может – это где-то у других, у бомжей. — дочь посоветовала ей не сходить с ума и не верить сплетням. А через три дня Кирилла задержали с наркотиками.
Теперь Нине Ивановна ещё пуще нужно было держаться за это место – деньги в такой ситуаций ой, как нужны! Одному адвокату платить сколько… Самоуверенная дочь теперь плакала, закрывшись на работе в своём помпезном редакторском кабинете.
К Ане Нина Ивановна теперь входила не иначе, как с суеверным ужасом. Она просила её сделать то-то и то-то, стоя на расстоянии в несколько шагов от неё:
— Пересядьте, пожалуйста, в кресло, я поменяю вам постельное бельё.
Или
— Я кладу вот сюда лекарства, выпейте таблетки пожалуйста, при мне.
Никто не мог сказать, оказывают ли эти таблетки хоть какое-то положительное действие. Оставалось только надеяться, что именно благодаря им, Аня оставалась относилась окончательно тихой. Ведь она сидела у себя в комнате, и никуда не порывалось уходить. Если бы она буйствовала, ситуация сложилась бы совсем невыносимая. Кроме того, Аня довольно много спала — возможно, тоже благодаря таблеткам. Елена Львовна верила, что сон позволяет дочери хоть сколько-то отдохнуть от её безумия.
Между тем, информация, что в старой усадьбе теперь живёт настоящая ведьма, распространилась достаточно быстро.
В Рождествено стали приезжать специально «к ведьме». В основном, молодые ребята, из тех, которые готовы переться в несусветную даль, чтобы увидеть привидение, которое раз в год якобы появляется на чердаке, или отыскать в озере город, который должен покоиться на его дне, согласно древней легенде.
Конечно, в усадьбу никого не пускали, и познакомиться с Аней у непрошенных гостей шанса на было. Но всё равно такое внимание к их жизни казалось Елене Львовне ужасным. Она-то больше всего на свете хотела всё скрыть, и втайне надеялась, что дочь можно вылечить.
Гости же приезжали с ночевой, так как туда и обратно в один день обернуться было трудно. Они разбивали палатки на поляне, неподалёку от усадьбы. Они фотографировали её со всех сторон, и особенно – приближая расстояния, наводя объектив фотоаппарата, как бинокль, зарешеченное окошко – они догадывались, что именно за ним живёт Аня. Они отыскали и старый склеп, куда так часто ходила Сима, и тут же родились новые легенды, о том, что тут покоится то ли колдун, то ли самый настоящий вампир, и именно он «заразил» Аню, напустил на неё проклятье. И теперь она принадлежит потустороннему миру, и знает ответы на все вопросы.
Особо смелые из приезжих стали даже ночевать в склепе или около него. Уносить на память осколки могильной плиты. Некоторые утверждали даже, что видели призрака, который то ли покушался на них, то ли жаждал поделиться секретами, но ему что-то помешало.
Елене Львовне пришлось даже нанять двух сторожей – дневного и ночного, которые шугали ретивых туристов, объясняя, как раньше в старых фильмах, что тут «частные владенья» и ходить запрещено.
Деревенские же относились ко всему этому очень настороженно. Они и раньше знали множество легенд о старой усадьбе, и с детства побаивались этого места. Им вовсе не хотелось увидеть ведьму, наоборот, они все больше стремились в молельный дом к папе Диме. И если раньше папа Дима отмахивался от вопросов – мол, нечего городить слухи вокруг человека с психическим заболеванием. То теперь он быстро смекнул свою выгоду и начал вести туманные речи об одержимости, о том, что в человека, который не ходит в храм Божий и не причащается, легко могут вселиться бесы, и показать, какой ужас ждёт тех, кто не соблюдает заповеди и не воцерковляется.
— Храм Божий подобен кораблю, который понесёт вас к спасению, — говорил теперь на воскресных проповедях папа Дима, и собирал пожертвования на храм, которые были гораздо более щедрыми, чем обычно. На вопрос же, собирается ли он предпринять какие-то действия, чтобы защитить их всех от ведьмы, папа Дима отвечать уклонялся, но неизменно добавлял, что каждому надлежит заботиться о спасении своей души самому, и это есть первейшая задача.