— Ну, — выпаливаем мы с рыжей, как только ее подруга нажимает на красную кнопку.
— Дом рассчитан на проживание восьмерых человек. Это прописано в объявлении, поэтому оплата не возвращается.
Уставляюсь на Вовку. Он вжимает голову в плечи и поднимает руки.
— Мих, там не было такого написано.
Шумно и медленно выдыхаю, потирая пальцами лоб от раздражения.
Я хотел просто отдохнуть, а не соседствовать с четырьмя девчонками, главная из которых ненормальная рыжая.
— Значит так, Миха.
Машка выделяет мое имя, и это каким-то образом отдается приятной вибрацией в груди.
Чернов, мать твою! Соберись, тряпка!
— Я так понимаю, что ты главный среди этих идиотов.
— Я капитан хоккейной команды, — выдаю гордо.
Она вытягивает пухлые губы и делает полный невинности взгляд.
— Соболезную.
Я правильно ее расслышал?
Соболезную?
— Мы заняли две комнаты на втором этаже и съезжать не собираемся. Девочки, за мной.
Уходя, рыжая организовывает испытание на зрительный контроль, которое я проваливаю. Уставившись на округлую задницу, провожаю ее взглядом, пока она не исчезает за углом. Поднимаю голову и издаю протяжный стон, полный негодования.
— Это она устроила в аэропорту «горячее» знакомство? — хмыкает Леон.
— Она самая, — произношу на выдохе.
— Какое знакомство? — спрашивает Андрей, но я отмахиваюсь от его вопроса.
— Потом расскажу.
— Вечер отменяется, или мы все-таки собираемся вместе? — интересуется Горбунов.
— Все в силе. Разбираем продукты, — киваю на пакеты, — и занимаем позиции в гостиной.
Убрав еду в холодильник, мы берем с собой только напитки с закусками. Язычник подключает телефон к телевизору, и мы садимся напротив него.
Просматривая запись нашей игры с «Рубином», чтобы скорректировать неудачные стратегии, настолько входим в раж, что не замечаем, как начинаем громко разговаривать.
Остановить дискуссию нас заставляет свист со второго этажа. Подняв голову, вижу недовольную рыжую. Стоя на балюстраде, она демонстративно складывает руки на груди.
— Спешу напомнить, придурки, что вы теперь здесь живете не одни. Поэтому перестаньте орать как мартовские коты.
— Так мы ж специально орем, чтобы самок привлечь. Одна из четырех уже вышла, — парирует Шишков, и парни начинают ржать во все горло.
Ухмыльнувшись, замечаю, что Машка закатывает глаза и, развернувшись, скрывается из вида.
Оставшееся время, которое мы изучаем нашу игру, она выходит еще несколько раз, пытаясь заставить нас быть тише. Но удается ей это совсем ненадолго.
Только когда стрелки часов переваливают за полночь, мы начинаем собираться спать.
— Кстати, если кому-то понравилась брюнетка, могу познакомить, — неожиданно выдает Андрей.
Он хватает со стола банку с газировкой и, встав с дивана, вместе с Вовкой направляется на кухню.
— Ты ее знаешь? — задает вопрос Лео, останавливая его на полпути.
— Да, когда-то в одной компании тусовались, — кидает он через плечо.
— А рыжую? — слова слетают с губ быстрее, чем я понимаю, что несу.
Зачем мне вообще понадобилась эта информация? Я не фанат полоумных с дерзким характером. Мне же нравятся покладистые и послушные девчонки. А она вообще полная противоположность тех, кого я причисляю к категории «мой типаж».
— Ее первый раз вижу.
Взгляд бессознательно поднимается. На балюстраде пусто.
— Пытаешься заставить выйти ее из комнаты силой мысли? — тихо произносит Язычник мне на ухо, чтобы остальные не услышали.
— Тебя на хрен давно не посылали? — фыркаю, не отводя взгляд.
— Я просто хотел выручить друга. Покричать «Пожар» или «Спасите-помогите», — усмехается он.
— Леон, тебе сейчас самому помощь понадобиться, — скалюсь, чувствуя нарастающее раздражение.
— О-пач-ки, Папочка злится, — протараторив, он сматывается в комнату.