— Тебе надо бежать, — сказала Нелл.
— Бежать с места преступления? — спросил бывший сотрудник отдела расследования убийств. — С такими уликами на месте преступления? Ты что, шутишь?
В его гроб вколотили последний гвоздь. Как раз то, что им и требовалось, все в полном ажуре. Он попытался успокоиться, так как интуитивно понимал, что от того, как он поступит в ближайшие минуты, зависят следующие недели, месяцы, возможно, даже годы жизни.
— Как бы там ни было, я в ловушке. Если я позвоню и сообщу о происшествии в полицию, они своего добьются: я буду выведен из игры, чего им, собственно, и надо. Если я скроюсь, и убийство навесят на меня, — а так и будет, — то я автоматически превращаюсь в человека, убегающего от правосудия. Скажу тебе одно, Нелл: должно быть, им есть что скрывать.
— Забирай дубинку и вали оттуда, — посоветовала Прист. — У тебя, наверное, остались друзья в управлении. Позвони им. Объясни все. — Тайлер услышал, как она заговорила с таксистом. — Я приехала. А где ты?
— На лестнице. Но подъезд закрыт. — У него перед глазами все плыло.
— Возвращайся в квартиру. Забери дубинку. Позвони мне.
Тайлер толкнул ведущую в коридор дверь. Кровавые отпечатки подошв цепочкой отпечатались на полу и вели к ступенькам пожарной лестницы. Он перевел взгляд на дверную ручку: отпечатки пальцев остались и на ней. Очень похоже на зыбучий песок: чем больше двигаешься, тем глубже засасывает.
Держа мобильный телефон возле уха, Тайлер услышал донесшийся из квартиры Стаки сигнал дверного звонка. В трубке прозвучало:
— Я здесь. Слышишь, Питер? Питер? Выпусти меня! Я могу помочь тебе!
— Не трогай ничего, — сказал он. — Вытри звонок. Отойди на безопасное расстояние и дай мне минуту на размышления. Я тебя найду. Ты только уходи сейчас и дождись моего звонка. Я позвоню.
— Впусти меня!
— Нет. Одного из нас достаточно. Тебе надо оставаться чистой, Нелл, или они заберут нас обоих. Встретимся через минуту.
— Питер!
— Не спорь!
Тайлер отключил телефон, размышляя, как все-таки не наделать ошибок. Сможет ли он перехитрить их? Убраться из города, пустить их по ложному следу, а затем вернуться и все выяснить. С одной стороны, забрать дубинку надо. Вполне логично. На ней, разумеется, есть его отпечатки пальцев, а установить дату латентных отпечатков невозможно. Он мог бы вытереть отпечатки на дверном косяке, следы в зале и навсегда избавиться от дубинки. Однако всего несколько часов назад он звонил Стаки по междугородней связи, ехал в такси и высадился неподалеку. Из подобного набора фактов любой детектив может поднять жуткий шум: потенциальный убийца попросил таксиста остановится в квартале от места преступления. Людям О’Мейли достаточно будет сделать несколько телефонных звонков, и улики будут собраны, как бы ни старался Тайлер уничтожить следы своего пребывания на месте преступления.
Детектив Эдди Вэйл ответил на второй звонок.
— Вэйл, слушаю.
— Это я, Тайлер.
— Пит? Черт побери!
Тайлер позвонил как раз в то время, когда у бывшего партнера была неделя выходных.
— Тут труп, скоро совсем остынет. Квартира В, четырнадцать-двадцать-семь Р, Северо-запад. Парня забили насмерть. Отпечатки пальцев, совпадающие с моими, будут найдены на моей полицейской дубинке и еще на дверном косяке. Следы обуви, испачканной в крови трупа, возле входной двери будут моего размера. Я наследил повсюду, мне грозит месяц или два судебных разбирательств и, возможно, гораздо больше времени за решеткой, так как дело будет рассматриваться как повторное преступление. И это если мне повезет.
Вэйл повторил адрес и спросил:
— Ты где?
— На месте преступления.
— Оставайся там.
— Не могу, хотя очень хотел бы. Они устроили все так, чтобы было похоже на случай с Честером Вашингтоном, чтобы вам, ребята, даже гадать не надо было, только сложить очевидное. Это все нужно, чтобы отстранить меня от дела, которое я веду для Рукера в НУТБ. Я сейчас уйду отсюда, Эдди, но не забывай, что я сначала позвонил, хорошо?
— Не уходи с места преступления! — запротестовал Вэйл. — Подожди, я приеду. Только я. Один. Давай вместе подумаем, Пит. Поразмысли. Ты убегаешь, и как это будет потом выглядеть?
— Если сюда приедет друг, — предположил Тайлер, — то, возможно, он подумает, что я достаточно умен, чтобы оставить свою собственную дубинку под трупом, слишком умен, чтобы не вытереть дверной косяк и не замазать отпечатки обуви. Мне придется объяснить, как такое большое количество крови попало на коврик, если лужа крови только на дверном косяке и возле него. Как вся эта кровь могла попасть на коврик, лежащий возле входной двери? Я скажу тебе как: его специально залили кровью, чтобы я оставил следы для вас, ребята. И неважно, что на моей одежде нет ни капли крови. Если бы я здесь походил подольше, они наверняка нашли бы способ измазать меня с ног до головы. Я приехал сегодня вечером поездом «Метролайнер» из Нью-Йорка, можете проверить, и есть вероятность, что кто-нибудь из попутчиков или таксист, подвозивший меня с вокзала, смогут вспомнить, в чем я был одет. — Он на мгновение замолчал, давая возможность Вэйлу делать записи; Тайлер не сомневался, что Вэйл все записывает. — Но это мелочи, Эдди. Ситуация такова, что я не имею права на ошибку. Причем, что я ни сделаю — останусь ли, убегу ли, — тот, кто это устроил, все равно будет в выигрыше, потому что его главная задача — связать меня по рукам и ногам, чтобы я не мог принимать участия в расследовании.