Глава 8. Дэймон
Небо ярко голубое, а солнце сияет, как новенький мяч для футбола (они обычно синие, что затеряться в воздухе), весело подмигивая.
У первого портала, который должен был переправить нас через залив, собирается небольшая толпа.
Здесь было всё семейство Кроули, наши лучшие друзья и соратники в войне Дэвид, Эмили, Джордан.
Даже мистер Драгон, министр нашей страны волшебников здесь. Он оторвался от своих дел по восстановлению былого величия министерства и уже минут десять наставляет меня быть осмотрительным в путешествии. Мало ли кого мы можем встретить по дороге?
Потом ко мне подходит мистер Кроули, который ко всеобщему удивлению получает от меня в подарок дом умершего в войне дяди на Бейкер Стрит. Он мне достался в наследство и навевал на мысли о смерти. Я рад от него избавиться, а Кроули хоть какое-то подспорье.
- Лиззи.
Занятую разговором с высоченным Дэвидом и пухленькой Эмили, подругу, сегодня одетую по дорожному скромно, подзывает Джоанна.
Я замираю и настороженно прислушиваюсь, но собравшиеся вокруг люди слишком громко шумят, и я могу расслышать только окончание их короткого диалога.
- Береги Мэтта, он давно тебя любит, - говорит она, обняв улыбнувшуюся Лизз.
Наверное, такое беспокойство за братьев характерно для всех сестёр, но полный тоски и боли взгляд Джоанны, брошенный на меня, подсказывает, что этот разговор неспроста.
Да, как было бы просто окунуться в эти теплые объятия, но мне хочется попытаться найти истинное счастье. Которое неотделимо от Лиззи.
Попрощавшись с провожающими, мы подходим к порт-ключу. Его охраняет серьёзного вида тип (почти судья всех судеб) в строгой чёрной мантии с белым воротничком и сияющим белизной надушенном парике, в каких щеголяла вся аристократия прошлых веков.
(визуализация: смешной аристократ)
Хранители международных порт-ключей всегда жили рядом с местом работы, но отправлять в неположенное время туристов отказывались напрочь, следуя согласованному с министерством расписанию, что заранее делало путешествие довольно долгим.
Порт-ключ обычный, ничем не примечательный топор. Мы с Лизз одновременно беремся за рукоятку и тут же одергиваем руки, обжигающе коснувшись кожи друг друга, и неловко смеемся.
- Ты первая, - улыбаюсь я, смотря как в свете полуденного солнца блестит ее кожа, а в волосах, кажется, сияют его лучи.
Наконец, после быстрого касания взглядами, выражение которых сложно определить, мы беремся за рукоятку, как и ещё несколько путешественников. Им мы просто вежливо киваем.
Деньги уплачены, и мы ждем только Мэтта, который всё никак не может отойти от внешнего вида хранителя портала, и то и дело посмеивается в кулак.
Он вообще любит пошутить над другими волшебниками, редко признавая чью-то правоту, кроме своей.
В последний момент, уже раздраженно вздыхая, дёргаю светловолосого друга на себя, и нас кружит вихрь телепортации, вызывая привычное, стойкой чувство тошноты.
- Приятной посадки, - слышим мы напоследок насмешливое кряканье «аристократа».
По случайности или шутке хранителя порт-ключа нас выкидывает где-то в подворотне, где солнце оставляет редкие блики на грязных кирпичных стенах, создавая мрачную картину.
На крыше пронзительно воют кошки, вдали лают бездомные собаки, а в ближайшем мусорном баке, кажется, кто-то громко храпит.
Картина маслом, ничего не скажешь.
Но если я ворчу внутри, то Мэтт не стесняется показать свое недовольство.
- Да уж япона мать, приятная посадка, - бурчит Мэтт, потирая ушибленное место и осматривая стены, расписанные уличными художниками.
Только замечаю сам.
Красиво, ярко, живописно.
Огромные глаза и графити, напоминают волшебные картины. Вот, вот и задвигаются.
Вляпавшись ладонью во что-то склизкое на асфальте, Мэтт громко выругивается, резко вскакивает и очищает руку магией. На его лице написана вся гамма тошнотворных чувств.
- Ты мог не ржать, как конь. Проводника это обидело, - напутственно говорит Лизз, обращаясь к Мэтту. - Поэтому он забросил нас сюда.
(визуализация: Подворотня)
Встаю сам, тоже стараясь особенно ничего не касаться, и помогаю Лизз, невольно притягивая её к себе и вдыхая теплый аромат ее волос, перебивающий смрад этого места.
Та удивлённо на меня смотрит, но ничего не говорит. Но первые вопросы я в ее головку закладываю. Пока этого достаточно.
Мэтт, тем временем, громко шикает на пробегающую мимо крысу - ещё с третьего курса его отношения к данным существам было крайне неоднозначным.