Что там было насчет удачливости? Пардон, это не про нее.
По балкону металось то самое создание без определенного пола. Светловолосый лакомка из башни сегодня был явно не в своей тарелке. Периодически оглядывался да и вообще вел себя как только что совершивший побег заключенный.
Крики, которые Даня ранее приняла за обычный уличный антураж, стали громче. И доносились они из глубин гостиницы.
"А ну вернись!" - услышала Даня.
Существо на балконе чертыхнулось и, накинув на голову капюшон своей бело-красной спортивной кофты, полезло на перила.
"Опять?! Да чтоб тебя!"
Даня дернулась в одну сторону. В другую. Принцесса, похоже, собралась свернуть себе шею, и как-то не хотелось быть свидетелем этого действа. Кричать Даня тоже не решилась, боясь напугать создание. А вдруг вальнется с перепугу?
А Принцесса уже успела перебраться через перила и теперь держалась за них, упираясь мысками кроссовок в узенькую брешь в кладке балкона.
Громкие вдох и выдох. Медленное приседание, сопровождаемое полным переносом веса тела на руки.
"Нет! Нет! Нет! Нет! - мысленно вопила Даня, с силой комкая края своей безрукавки. - Одумайся, человечище, и тащи свою задницу обратно!"
Но, к сожалению, Принцесса вовсе не собиралась возвращать свою филейную часть на безопасную позицию. Вместо этого она присела сильнее и потянулась одной рукой к бреши, которую использовала в качестве упора, с ясным намерением передислоцироваться, а, проще говоря, каким-то непостижимым чудом спуститься ниже на один этаж.
Внезапно раздался хруст, и правая нога Принцессы сорвалась. Тело заскользило вниз, и она неловко взмахнула руками. Сердце Дани запоздало ухнуло в пятки, а создание тем временем все-таки успело уцепиться за брешь, где совсем недавно были его ноги. Можно сказать, пролетел пол-этажа. Да, пролетел...
Задохнувшись от переполнявших ее эмоций, Даня метнулась вперед - прямо к висящему и тяжело дышащему телу.
- Держись!! - Она наконец-то дала волю своему голосу и едва ли удивилась проскользнувшим в интонациях истеричным ноткам. - Крепче!
Мало понимая, что собирается делать в ближайшие пару секунд, Даня схватилась за лодыжки Принцессы. Эту неуклюжую попытку то ли спасения, то ли приступа паники создание не оценило. Взбрыкнувшись от неожиданности, Принцесса окончательно потеряла опору и ухнула вниз.
Пискнув, Даня зажмурилась и стремительно обхватила падающее между ее рук тело. Спасаемый оказался намного легче, чем она себе представляла, но удержаться на ногах все равно не получилось. Даня лишь успела открыть глаза и понять, что вжимается лицом в покрытое джинсовой тканью седалище Принцессы, а края спортивной кофты шоркают по ее волосам, а затем резко завалилась на спину, сбив макушкой цветастый рюкзак.
Три секунды. Пять. Лежать без движения было как-то... холодно.
Далеко в вышине хмурилось небо, поигрывая своими пористыми темно-серыми тучами-бровями. Ветер меланхолично трепал верхушки деревьев, а с одной из оголенных ветвей с неохотой сдирал застрявший там целлофановый пакет. Шарф сдвинулся на бок, образовав под щекой бесформенную кучу. Затылок небезызвестного субъекта вжимался в живот Дани, а его светлые волосы раскинулись по ее груди, щекоча кончиками девичий подбородок и оголившуюся шею.
- Вот не поверю, что ты там скопытилась, Принцесса, - угрюмо сообщила Даня, ткнув пальцем в белобрысую макушку. - С какой стороны ни глянь, а мне больше твоего досталось. Как насчет покинуть посадочную площадку имени меня?
Макушка шевельнулась. Даня облегченно выдохнула, когда Принцесса все же соизволила скатиться с нее, и тут же села, проверяя подвижность собственных суставов. Вроде ничего не хрустнуло.
- Ты!
Даня с легким раздражением покосилась на кричащего. Два светло-зеленых глаза яростно сверкали. Тонкая линия верхней губы и вжимающаяся в нее припухлость нижней губы представляли собой полноценный апофеоз недовольства.
- Ты! - повторило создание с яростным придыханием.
- Не я. - Даня решила все отрицать. На всякий случай.
- Ты! Источник канцерогенов!
- Это не я.
- Дрянная уборщица!
- И это тоже не я.
Присмотревшись внимательнее к сидящему рядом с ней созданию, Даня с удивлением отметила наиинтереснейшую деталь: у Принцессы были очень мягкие черты лица, хорошая кожа и изящные линии шеи, что в совокупности с длинными светлыми, почти белыми волосами придавали ей невинность трепещущих лепестков на поверхности воды - черта юных дев, не очерненных жестокостью реальности. Однако от того, как создание хмурило брови - менее тонкие, чем могла себе позволить помешанная на изящности барышня, - как оттягивало уголок губ, обнажая слепящие белизной зубы, словно в попытке зарычать, как вместо лба морщило переносицу, несло какой-то характерной мужской мощью - чем-то прямолинейным и бесхитростным.