- Понятно.
Ох и не понравилась Дане хитринка, появившаяся в уголках гендиректорских губ. Фиг знает, что он там себе накрутил в голове.
- Кстати, название придумал Яков.
- Да ладно? - Даня не сдержала изумления. - Принцесса?
- Принцесса? - Глеб хихикнул. Нет, взял и хихикнул. Слышал бы это Яков - точно бы впал в прострацию. Как бы ни слег гендиректор Левин в болезненную кому с передозировки смешинками. - Думаю, не стоит ему знать, что вы так о нем отзываетесь.
- Он уже знает.
- Вот как.
Даня пожала плечами, недвусмысленно сообщая этим, что совершенно равнодушна к мнению какого-то там мальчишки. Даже если он и звезда чьего-то небосклона.
Заметив край урны, выставляющийся из-за дверной рамы, Даня сделала длинный шаг и перевернула руку, ожидая, что визитка благополучно соскользнет прямо в гущу остального мусора. Однако карточка была тут же перехвачена прямо в воздухе и возвращена недовольной владелице.
- Я упорный, - то ли констатировал, то ли предупредил Глеб.
- Я заметила, - буркнула Даня. - Ладно, уел. - Она пропустила тот момент, когда перешла на фамильярную манеру общения. Может, все потому, что смешливый Глеб не выглядел так представительно, как Глеб хмурый и неприступный. - Выслушаю тебя, чувак. Так что там насчет мольбы о помощи?
- Мольбы?
- О помощи взывать ко мне бесполезно, можно только на меня молиться, - объяснила она.
Очередной смешок. Даня поймала себя на мысли, что молодой гендиректор очень даже мил, когда улыбается. В его сфере деятельности общительность и чувство юмора гораздо больше ценятся, чем суровость и сдержанность. Первые два фактора должны работать на публику, последние - воплощать собственный внутренний порядок.
- Что тут уборщица забыла?
О, явилась длинноволосая краса. Дане очень хотелось поведать этому хмурому и презрительно пялящемуся на нее мальчишке, что она сама не в восторге здесь находиться.
- Умылся? - Глеб, приняв строгий вид, оглядел Якова со всех сторон. - Шушу не успеет привести тебя в порядок. Так что будешь максимально обыгрывать естественность.
- Сам знаю. - Яков, кинув еще один пренебрежительный взгляд на Даню, прошел мимо них в коридор.
- Вы с нами, - не терпящим возражения тоном сообщил Глеб.
- Полагаю, эту фразу нужно было произносить с вопросительной интонацией. - Даня и не думала шевелиться.
- Пожалуйста, - Глеб понизил голос, - станьте на секунду частью нашей команды.
- Что бы вы ни имели в виду, поясняю сразу: я скорее к офисному планктону отношусь. Бумажки перебирать люблю. А всякие увеселения не по мне.
- Но без вас никак. Глядите, Яков только при вас и присмирел. В последние дни его совершенно невозможно было контролировать.
- Это вы и подразумевали под "оказанием помощи"?
- Верно.
- А вам не кажется, что из меня карательное средство так себе?
- Вы идеально подходите.
"Слишком громкие заявления для получасового знакомства. - Даня колебалась. - С одной стороны, мне нет до этих господ никакого дела, с другой, любопытно!"
- Всего на час, - уговаривал Глеб, мягко подталкивая Даню в спину и предлагая следовать за ушедшим вперед мальчишкой. - Просто будьте в поле зрения Якова, пока он работает.
- Просьба страннее некуда. - Даня нехотя, но все же позволила вести себя по коридору - в неизвестность. - Я не тот человек, который может оказать влияние на вашу... эту самую восходящую звезду.
- Я все же предпочту прислушаться к своей интуиции. - Глеб был явно доволен.
Даня поежилась. И на что только она подписывается?
Яков, успевший уйти достаточно далеко, периодически оборачивался и, найдя Даню взглядом, кривился, но продолжал идти дальше. Стимулирует сам себя?
- А ему сколько? - полюбопытствовала Даня, наблюдая, как завязки, торчащие из-под краев кофты Якова, скользят по его тощим бокам при каждом шаге.
- Недавно восемнадцать исполнилось.
- Восемнадцать? - Удивлению Дани не было предела. - Я думала, меньше.
- Когда Яков злится, выглядит сущим ребенком. Но во время работы, когда становится по-настоящему серьезным, его не узнать. Вот увидите.
- А вы, похоже, близки. - Увидев темно-бордовую двустворчатую дверь в конце коридора, Даня отчего-то занервничала. Яков дожидался их, навалившись спиной на одну из створок.
- Предельно. - Глеб позволил себе усталый вздох. - Он - мой племянник. Сын моего брата.
Ничего себе. Если бы Даня умела свистеть, она бы с радостью показала степень своего удивления протяжным свистом. Не повезло парнише иметь такого "чудного" племянника.