"Какая пронырливая козявка", - с досадой подумала Даня.
- Лежал в моей постели? - Она постаралась, чтобы акцент на принадлежности был особо заметен. - А значит, мой. Представь себе, Принцесса, все, что находится в пределах моей постели, принадлежит исключительно мне...
Смысл сказанного дошел до Дани еще до того, как слова сорвались с губ. Но голос возжелал жить собственной жизнью.
Превратно прозвучало, ничего не скажешь. Учитывая, кто сейчас лежал в ее постели. Ей хотелось провалиться сквозь землю, да лететь до земли было далековато.
К счастью, мальчишка, видимо, пропустил все мимо ушей.
- Это точно тот, который я уронил на тебя. - Голос Якова по-прежнему был переполнен меланхолией - этакой утомленной мелодичностью, присущей расслабленному человеку. Очень сильно расслабленному.
Мальчишка приблизил леденец к глазам.
- Вот, внизу на палочке написано "гренка". Я карандашом нацарапал.
- Дай-ка сюда. - Отчего-то разволновавшись, Даня вырвала чупа-чупс из его рук и принялась разглядывать. - Нет тут ничего. Никаких гренок.
- Ну да, - зеленые глаза в свете ночника блестели, - потому что я ничего не писал.
"Лгунишка мелкий". - Даня рассержено отшвырнула леденец. Тот рухнул на прикрытую простыней кучу в углу.
- Значит, сохранила леденец, который я в тебя кинул, - задумчиво пробормотал мальчишка. - Коллекционируешь мои вещи? Ты моя сумасшедшая фанатка?
- Да я о твоем существовании только недавно узнала, - не на шутку оскорбившись, отозвалась Даня.
- А одежду, которую ты с меня сняла...
- Стоп, ты переодевался самостоятельно. И ничего я с тебя не стаскивала.
- Допустим. И куда ты ее денешь? Положишь на алтарь и будешь поклоняться? Используешь для приворота? Займешься самоудовлетворением?
- Так. - Даня нашла в себе силы закатить глаза. - Кого-то пора отлучить от Интернета. Если очень уж интересно знать, сообщаю, что прямо сейчас твоим тряпьем самоудовлетворяется мой шкаф. Завтра откроешь его райские врата - в народе дверцы - и заберешь с вешалки. Ясен расклад?
- Твое лицо намного выразительнее без косметики.
Слишком резкий переход. Пришлось пару секунд потратить на осмысление.
- Это такой не особо деликатный намек на то, что без мэйка я пипец страшная? - с подозрением спросила она.
- Может быть. - Яков повернул голову и уткнулся носом в подушку.
Стиснув зубы, Даня перетерпела нахлынувшую волну злости и вновь начала атаку.
- Предлагаю тебе перебраться в свою постель. - Даня задела ногой приготовленные матрасные подушки на полу. Одеяло Яков перетащил обратно на диван и теперь все сильнее укутывался в него.
- Ты хочешь, чтобы гость спал на полу? - Мальчишка приоткрыл один глаз.
- Да, именно этого я и хочу. - Она дернула за край одеяла, стягивая его с Якова.
- Но ты сказала устраиваться, как мне будет удобно.
- На полу, я имела в виду, на полу. Там вполне мягкие подушки. Поверь, твоему обласканному заду ничего не грозит.
- Ты отвратная хозяйка. - Яков передвинулся поближе к стене и настороженно уставился на нее с видом кота, несправедливо загнанного под кушетку пылесосом.
- У отвратных хозяек отвратные гости, - парировала Даня, с ногами влезая на собственный диван. - Дуй на пол!
Она не особо задумывалась, почему так настаивает на своем. Ей ничего не мешало самой поспать на полу, а с утра устроить гостю на прощание взбучку. Тем более что они оба устали. Однако что-то внутри нее клокотало и бесилось. Возможно, ее угнетала мысль о том, что Яков - первый парень, которого она пустила в святая святых - ее и братьев квартиру - и, фактически, в свою постель. Ухажеров Даня домой никогда не приводила, предпочитая встречаться на их территории. А еще она никогда не оставалась у них ночевать и не показывалась перед ними без косметики. Всегда настороже и в напряжении, всегда собранная и недоверчивая.
А теперь ради Якова пришлось изменить привычным установкам, и это выбивало Даню из колеи. Согнать обнаглевшую Принцессу, отвоевав территорию, - было уже делом принципа.
- Мне и так хорошо. - Яков с остервенеем потянул одеяло на себя.
- Еще бы тебе было нехорошо!
Даня принялась перелезать через Якова к стене, чтобы потом вытолкать мальчишку с пригретого места - пусть даже пинками. Цель была ясна, и методы разработаны. Однако что-то пошло не так...
Диван не был предназначен для разворачивания масштабных боевых действий. Перекинув одну ногу через мальчишку, Даня застыла, ловя равновесие. Места было мало, и перспектива кувыркнуться с дивана была близка как никогда. Вяло ругнувшись на свое ненужное упрямство, она отпихнула мешающее одеяло подальше и уместила левое колено на твердую поверхность. А вот и равновесие.