- А тебя никто и не спрашивает. Колись, что ты хочешь сделать в парке в пять утра?
- Ну хорошо. Ты сам напросился, - ехидно улыбнулась девушка. – Натура.
- Натура?
- Да. Хочу нарисовать тебя голым.
- Ого! Риш, но на улице же ноль градусов.
- На улице да. Но в парке есть крытая оранжерея, если ты забыл. И там вполне себе тепло. И в пять утра безлюдно.
- Похоже я только что собственноручно открыл ящик Пандоры. Ну хорошо, поехали. Тогда надо прикупить три розе. Чувствую мне для храбрости пригодиться.
- И альбом с карандашами.
- Если хочешь, разрешаю тебе устроить боди-арт. Гулять так гулять!
- Это для меня слишком смело.
- Тогда оставим на десерт. Погнали!
- Погнали.
Живот Арины съеживался в тугой комок. И было непонятно, то ли от страха, то ли от предвкушения. Ведь это её первая картина в стиле ню. И первый безумный поступок. Но она должна это сделать. Ради себя самой. Потому что после свадьбы ей предстоит продолжить существование в золотой клетке. Когда, как не сейчас сделать глоток воздуха свободной жизни.
18.
Неровные линии на дешевом блокноте, пустая бутылка шампанского на полу, красный румянец на щеках, мурашки на смуглой коже, все смешалось в оранжерее в центральном парке. Арина чувствовала себя ни живой, ни мертвой. Она конечно видела голых мужчин, но только на изображениях художественных пособий. Вживую впервые. Отношений у неё до Арсения особо не было. Так, несколько прогулок, стабильно заканчивающихся приставаниями и слюнявыми поцелуями, которые девушке были неприятны. Эти парни не заставляли её сердце биться словно птица в клетке. А те, кто заставлял, не входили в её круг. Следовательно, общаться с такими Арине запрещалось.
И вот сейчас, глядя на мужчину, полулежащего на скамейке, её сердце готово было выпрыгнуть из груди. Что же такого есть в Марке, чего нет в её женихе? Поджарого смуглого тела? Сильных крепких рук? Рельефного пресса? Наглого взгляда? Ямочки на подбородке, как у Джеймса Бонда? Вкусных губ?
Ладошки вспотели, карандаш так и норовил выскользнуть из рук, во рту пересохло.
Да что же это такое! Марк – её персональный детский кошмар! И не стоит этого забывать! А всякий романтичный бред надо срочно вырвать с корнем, разорвать в клочья и пустить по ветру.
То, что её реакция на тело Марка оказалось такой яркой, объясняет всего навсего развитый эстетический вкус. Глупо отрицать, что парень сложен идеально. В Древней Греции с него бы точно статую вылепили.
Пока Арина пыталась хоть как-то разобраться в себе и собраться с силами, чтобы не марать бумагу понапрасну, Марк испытывал не менее волнительные ощущения. Парень впервые себя чувствовал голым настолько неловко. Обычно для него это вполне привычное состояние, находиться нагим наедине с девушкой. Но не с Ариной. Что же в ней такого? Да, симпатичная мордашка, стройная фигурка, блондинка. Всё как он любит. Но таких много. Почему именно при ней Марк ощущает себя несформировавшимся подростком? Почему именно с ней хочется быть лучше. Хочется защитить малышку от злых родителей и нелюбимого жениха.
Подумаешь развела его на картину в стиле ню. У него и похлеще челенджи в жизни случались. Одно только воспоминание о преподше миссис Харрис, до сих пор вызывает блевоту. Одна из бывших подружек, имени которой он конечно сразу позабыл, не хило отомстила, заставив Марка во время игры действие или правда, признаться в любви старушке – преподавательнице по философии в любви и поцеловать в засос. Бррр. Не будь в нем пол литра вискаря, он бы точно на такую авантюру не решился. Так еще потом пришлось полтора часа выслушивать лекцию на тему неравной любви, мол в жизни такое встречается и не надо над этим смеяться. А ещё целый учебный год терпеть томные взгляды старушенции Харрис.
Так что полежать голышом в оранжерее сущая забава. Однако почему-то парень нервничал больше, чем со случаем в институте.
- Риш, у нас там ещё две бутылки осталось. Может махнем?
- Тссс, потом махнешь. Дай мне сосредоточиться. Если не хочешь вместо нормального рисунка увидеть портрет в стиле кубизм.
- Злая ты. Совсем не даешь повеселиться. Так ещё из меня хочешь состряпать «Портрет Луиса Буньюэля».
- А я веселюсь. Ты терпи, сам же предложил свои услуги, вот и терпи. А «Портрет Луиса Буньюэля» никто из тебя делать не собирается. Сальвадор Дали рисовал в стиле сюрреализм. А вот Пабло Пикассо «Дора Маар» может вполне получиться.