Тогда мы начали строить из себя что-то вроде тайного общества и приносить информацию своему предводителю, то есть Виле, а она за это говорила нам «спасибо за службу». Мы вообще часто вспоминаем те времена и удивляемся тому, как характер человека может проявляться с самого раннего детства. Сейчас же девушка немного отошла от образа верховного главнокомандующего и стала самой что ни на есть кокеткой и разбивательницей мужских сердец. Ее темно-карие глаза никогда никого не оставляли равнодушной, а каштановые волосы и вовсе могли свести с ума любого. Или же все дело было в природном магнетизме этой девчонки, нам с Лесей не понятно. Мы таким точно не обладали. А лидерский наставительный тон ее голоса вполне подходил профессии, которую она для себя выбрала. Девушка училась на адвоката. Пусть и с переменным успехом в некоторых предметах, но совершенно точно преуспевающая в том, чтобы отстаивать свои и чужие права на практических занятиях.
- Я жду тебя в двенадцать на Войкова. И без возражений. У тебя еще уйма времени, - между тем безапелляционно заявила она. Спорить было бесполезно, поэтому я только согласилась и попрощалась с подругой, соскакивая со своей мягкой одноместной кровати, которая была со мной уже много лет.
Рома после вчерашней встречи с незнакомкой из соседнего двора, домой так и не вернулся. Он слонялся по улицам, не особенно заботясь о том, куда же все-таки направляется, пока не оказался в историческом центре города, который любили различные романтические парочки, вроде той, что шла неподалеку от него. Девушка держала парня за руку и жалась к его плечу, словно кошка. Парень же в свою очередь даже со спины казался расслабленным и умиротворенным рядом с ней. Такие сладости обычно вызывали у Ромы спазмы в желудке, но в этот раз он отчего-то решил за влюбленными проследить.
Рома поймал себя на мысли, что наблюдает и идет след в след за ними только тогда, когда молодые люди решили завернуть в круглосуточное кафе. У темноволосого же такой цели не было. Да и смотреть оказалось не на что. Все, как и всегда. Мило, романтично и не для него. А что было для него – никто сказать не мог.
Сегодня вечером Рома потратил почти все свои наличные. А картой со сбережениями и накоплениями он пользовался только в самых крайних случаях. И заходить в кафе, лишь бы подольше попялиться на влюбленных, не было таким случаем. Поэтому он только завернул во двор и уселся на одну из скамеек, стоящих возле детской площадки. Посмотрел наверх, оценивая высоту зданий исторического центра. Максимум два этажа. Все здания между собой либо соединены, либо имеют маленькие пролеты, типа узеньких улочек в Италии. А еще почти в каждом доме здесь были красиво отделанные арки с расписанными стенами. Одну из таких стен однажды расписал сам Роман, и каково было его удивление, когда он заметил, что и все остальные стены арок стали расписываться различными картинами.
Рома вообще с детства любил рисовать. Наверно потому что мать его была художницей и прививала сыну хороший эстетический вкус. Так что все его граффити в более сознательном уже возрасте отличались смысловой наполненностью и изящными линиями, не свойственными для работ обычных вандалов-граффитистов.
Мысль о том, чтобы забраться на крышу прямо сейчас и провести там ночь, возникла в голове парня довольно спонтанно. Он просто поднялся со своего места и пошел на поиски аварийной лестницы. Их парень не боялся, поскольку много лет также занимался паркуром и прочей опасной ерундой, так что с ржавыми лестницами он имел самые тесные отношения. Парню вообще нравилось проверять себя на прочность.
Когда Рома был еще совсем маленьким мальчиком и не ходил еще в школу, он казался всем самым прелестным ребенком на белом свете. Мамочки других детей все время ставили его в пример своим отпрыскам, говорили его собственной матери, как же ей с ним повезло. Мальчик с трех лет изучал английский, так что знал его теперь едва ли не в совершенстве. Также его отдавали на секции плавания, фортепьяно и танцев, и конечно в художественную школу, где преподавала мама. И во всем он преуспевал и занимал лидирующие позиции. Все это происходило до тех пор, пока на пути у ребенка не встала школа, находящаяся не в самом благополучном районе города, где жили они с матерью. Там почти сразу Роме показали, что если хочешь влиться в коллектив, то не нужно выставляться напоказ своими достижениями. Авторитета в обществе там стоило добиваться иным путем. Вот он и стал добиваться, как человек, привыкший во всех начинаниях идти до победного конца.