В этот воскресный день я возвращалась домой с ранней репетиции, которую мы решили устроить перед завтрашним выступлением с обновленным репертуаром, и вот тогда-то я их и повстречала. Они сидели на лавке возле одного из покосившихся старых железных гаражей и о чем-то говорили, не забывая при этом время от времени прерываться на поцелуи. И эти поцелуи были отнюдь не нежными и скромными. Эта парочка будто бы хотела сожрать друг друга. И я могла бы молча пройти мимо них, почти не обращая на это внимания и забыв о том, что подруга вот уже неделю игнорирует все мои попытки выйти с ней на контакт, если бы не заметила быстро движущуюся по направлению к парочке мужскую фигуру. Темноволосый парень в облегающей синей футболке, словно коршун, налетел на этих двоих и схватил Артема за воротник джинсовой рубашки. Наверняка жутко дорогой. По крайней мере, бедствующим Захаров никогда не выглядел. Да и Вилена часто намекала на то, что он живет на деньги небедной матери.
Парнем, решившим за что-то поквитаться с Артемом, оказался Рома, чему я даже не удивилась и в какой-то степени даже обрадовалась. Все эти три дня мы с ним никак не пересекались, хотя я ловила себя на мысли, что ищу его везде. В прохожих, в авто, проезжающих мимо, за углами домов и возле его подъезда. Но все время натыкалась только на незнакомцев. И вот сейчас мы снова встретились, и на этот раз он был по-настоящему зол. Он буквально оторвал опешившего парня от моей подруги и заставил того подняться на ноги. Температура воздуха в нашем дворе вдруг резко опустилась ниже нуля градусов. Я была более чем уверена, что и солнце в глазах Аморского ненадолго подернулось корочкой льда.
Я сразу поняла, что и эти двое знакомы между собой. Только вот что могло их связывать я пока не знала. Даже в институте они учились по разные стороны. Инженеры и лингвисты никогда не пересекались между собой. А уж с посещаемостью Аморского так тем более такое их знакомство могло равняться нулю.
Мои ноги вне моего желания понесли меня прямиком к троице. Два темноволосых парня, схватившие друг друга за воротники, стояли и ничего не предпринимали. Только смотрели друг другу в глаза с неприкрытой ненавистью и что-то очень тихо говорили. Я не могла разобрать ни единого слова, даже когда оказалась в предельной близости, встав подле лавки, с которой только что вскочила Вилена.
- Что происходит? – решила я уточнить у нее.
Девушка напряженно дернула головой в мою сторону.
- Твой Аморский – псих! Вот что происходит!
Она бросилась в сторону парней, вытянув руки вперед. По всей видимости, хотела их разнять, пока те не натворили дел, а какая-нибудь очень бдительная соседка не вызвала полицию, чтобы та разогнала хулиганов.
Темноволосые разнять себя не дали. Сами в один миг сбросили руки с воротников друг друга и продолжали свое тихое сверление взглядами. Только вот если Рома был зол и источал из себя ненависть, то Артем казался каким-то слишком уж веселым. Он улыбался во всё свое количество белоснежных зубов, а напряжение в нем выдавали только сжатые в кулаки руки и проступившие на них синие узоры вен.
- Думаешь, если богатенький, то тебе все можно, Белованов? – бросил парню в лицо Рома.
Я сначала не придала значения тому, как он его назвал, но потом до меня дошла какая-то нестыковка фактов. Эта фамилия была мне знакома. И злость в глазах златоглазого тоже. Когда мы ждали в машине приезда нашего нового такси, он говорил по телефону о каком-то Германе с той же самой фамилией. И выражался он совсем не литературно на его счет. Но вот только тот, к кому он обращался сейчас подобным образом, Германом Беловановым не являлся. Он продолжал оставаться Артем Захаровым, парнем, укравшим у меня подругу.
- Думаю, если я хочу быть богатеньким мне это нужно, - выделил он интонацией слово «хочу». Значит, проблемы финансового плана его все же настигли.
- Что, мамочка наследства лишила? Поэтому ты хочешь подставить меня по всем фронтам и занять мое место? Не получится. Учти. Я не всегда такой добренький, - совсем не выглядел добреньким Аморский.
- Наша гонка еще не закончена. И я не выйду из игры, пока не добьюсь своего. Ты тоже прими это к сведению, цыпа.
Рома поморщился, отвернув голову в сторону и только сейчас видимо заметил меня. В его глазах промелькнуло узнавание. И что-то еще. Можно было подумать, что и он сам был рад тому, что мы вновь встретились. Пусть и как обычно при странных обстоятельствах.
- Привет, - беззвучно сказала я ему, слегка улыбнувшись. Он тоже немного оттаял, но не улыбнулся. Просто кивнул и вернул взгляд на Захарова. Или все же Белованова?