Людей за окном, которые что-то дружно кричат. Антона в приталенном пиджаке со сложенными на груди руками и Bluetooth-гарнитурой в ухе. Артема Захарова, грозно о чем-то вещающего в соседней машине и Рому Аморского, смотрящего только перед собой, сжав обе ладони в жесткие кулаки.
А еще было дыхание, которое застыло в это мгновение…
…перед тем как красный платок в руке девушки опустился.
Я не сразу почувствовала то, как моя нога нажала на педаль газа, заставляя Мустанга сорваться с места. Наше авто уже через секунду оставило Вилену далеко позади себя, развевая ее волосы сплошным потоком ветра.
Передача за передачей и вот я уже была почти на пределе, готовая слушать указания своего штурмана. Сердце сделало тот самый скачок вперед и забилось в отчаянном ритме. Я слышала, как оно стучало у меня в висках.
Свет фар Захаровского автомобиля бил по моим глазам через зеркала заднего вида, но я старалась не обращать на это внимания, глядя четко перед собой. За окном пролетали деревья и фонарные столбы, пейзажи сменяли друг друга в сплошном музыкальном ритме. Я ехала с такой скоростью, что слышала музыку ветра. Ловила ритм своего сердца и полутона в дыхании Ромы, который почувствовав свою стихию, вдруг немного расслабился. Все вокруг меня будто слилось в единую песню.
В отличие от прошлого раза, я не ощущала напряжения. Я даже не ощущала борьбы. Только радость. Только скорость. И только свободу.
Мне захотелось кричать от разрывающих душу эмоций.
- По правую сторону развязка. Съезжай, - резко ворвался в мою нирвану голос Аморского. На какое-то мгновение я замешкалась, но послушалась его. Взяла немного вправо.
Арина продолжала отставать, но уже набирала обороты и сокращала расстояние между нами. Глядя на ее попытки догнать меня, во мне начинали просыпаться азарт и желание выиграть. Доказать что-то этой длинноногой выскочке.
- Не смотри туда, - сказал Рома. – Сейчас влево на трассу. Давай!
Машина резко ушла влево, оставляя за собой замешкавшихся соперников. Занос был крутым, так что нас едва не вынесло прямиком на обочину и вниз с небольшого пригорка. Днем вообще здесь очень живописно. Холмы, поля и сосновый бор. Сейчас всего этого великолепия не видно. Но скорее всего оно и к лучшему. Меньше отвлекающих факторов.
Стрелка на спидометре, давно перевалившая за сотню, ползла все дальше. А мне все больше хотелось смеяться. Заливисто и с некой долей сумасшествия. Но я держалась. Ради Ромы. Не стоило пугать моего провожатого раньше времени. Сейчас стоило быть максимально сосредоточенной.
Спорткар Артема был уже на хвосте. Арине тоже не хотелось быть последней. Она тоже хотела что-то доказать мне. Но, как известно, это самая ненадежная тактика в любых соревнованиях.
Несколько минут я удерживала первенство. До тех пор, пока на моем пути не оказалась машина самого простого обывателя, выбравшегося за город. Мне пришлось притормозить, так как авто выпорхнуло с перпендикулярной нашей дороги совершенно неожиданно и еще мгновение и мы бы влетели на полной скорости в него или же все-таки улетели в кювет.
Арине эта ситуация была на руку и она заняла лидирующую позицию, пролетая первую точку отметки. От обиды мне хотелось ударить кулаком по рулю, но делать я этого не стала. Зато с глазами, полными праведного драконьего гнева, обогнула некстати попавшийся на дороге автомобиль и понеслась дальше, выжимая педаль до отказа.
Рома молчал. Он не выдавал своего беспокойства, но я знала, что он нервничает из-за того, что только что едва не произошло. И я была благодарна ему за то, что он в нужные моменты становится таким молчаливым и сосредоточенным.
На следующем повороте я вновь смогла догнать девчонку. С заносами она справлялась намного хуже меня, а потому я имела перед ней фору.
Наши авто вновь вылетели на прямую трассу, пугая засидевшихся на ветках деревьев птиц. Можно сказать теперь я дышала в спину сопернику, и мне вновь хотелось смеяться, а моему маленькому Дракончику, вдруг расправившему крылья, все еще хотелось утереть этой зеленой рептилии нос, придя к финишу первой.
Еще через минуту я смогла сравнять наши автомобили и даже увидеть в окне смеющегося Захарова. Я тоже широко улыбнулась, отпуская руль одной рукой и показывая парню средний палец. Из меня вырвался тот самый смех, который плескался где-то в душе уже долгое время. Я смогла отпустить его наружу и заметила, что Рома рассмеялся тоже. Заливисто и открыто.
Вторую отметку мы прошли вровень.
Долго думать об этом я себе не дала, так как знала, что это еще не победа. Мне нужно было вырвать ее из хорошо наманикюренных когтистых лап. И я знала, что могла сделать это.