Фильм был поистине некудышным. Даже мне, не смыслящей ничего в фильмах ужасов и не получающей от них удовольствия, было ясно, что то, что я видела перед собой на экране снято не особенно качественно. Однако брат продолжал увлеченно следить за происходящим, работая челюстями.
- Тебе еще не надоело? – спросил вдруг он, беря в руку горсть воздушной кукурузы и не глядя на меня.
- А? – переспросила я.
- Строить из себя жертву не надоело?
Ничего подобного от Артура я услышать совсем не ожидала, так что вскинула брови и промолчала, думая о том, к чему он задает мне такие странные вопросы.
- Ты манипулируешь людьми, строя из себя жертву, - пояснил он, нарочито чавкая. Знал, что меня раздражает, когда люди так делают. – Это же заметно. То, как ты жалеешь себя. Специально думаешь, что плохая дочь и родители тебя не любят, чтобы строить из себя жертву, - Артур на пару секунд задумался, затем скривился и добавил:
- Ну, сестра из тебя и вправду так себе.
«Идиот», - вздохнула я.
- И с тем парнем так же. Рома его зовут, да? Стремное имя. Мне не нравится, - не смог не поделиться своими мыслями он. – Но все же. Ты ходишь как призрак по дому уже который день. Думаешь, что все бросятся на помощь? Нетушки. Я давно тебя раскусил, сестренка.
И он повернулся, взглянув на меня очень многозначительно и сделав жест двумя пальцами от моих глаз к своим, в народе означающий, что он за мной следит.
- Тебе четырнадцать. Когда успел?
- Скоро пятнадцать, - вскинул он вверх указательный палец, - и я умный, в отличие от тебя.
- Ты бредишь, - приложив ладонь к его лбу, сказала я. – Хотя жара вроде нет.
- Я глаза тебе открываю, - серьезно ответил брат, откидывая мою руку в сторону. – Хоть кто-то должен сделать это.
Я фыркнула и отвернулась.
- Не веришь мне? И ладно. Ты же глупая, куда тебе.
- Выкладывай уже, умник. Бесить начинаешь.
- А я все выложил. Понимай, как хочешь, - пожал он плечами и снова уставился в телевизор.
Мы вновь замолчали, замкнувшись каждый в своих мыслях. Я не понимала, что именно он хотел этим сказать, но все же какой-то частью своей души понимала, что в какой-то степени он мог оказаться прав.
- Он приходил, - произнес Артур, спустя несколько минут нашего бессмысленного лицезрения глупого фильма.
- Кто? – резко спросила я.
- Конь в пальто. Не встречала? – ухмыльнулся он. – Рома твой, кто же еще. Ты же о нем все время думаешь.
- Рома? Когда?
- Да в августе еще, когда тебя не было. Несколько раз пытался поговорить с родителями, но они его выставляли за дверь. Он, кстати, оказался нормальным парнем. Я его даже зауважал.
- Но… они же сказали…
- Я же говорил, что ты тупенькая, - прошептал брат, постукивая по виску пальцем. – Даже не смотря на золотую медаль.
- Чего он хотел? – проигнорировала я очередной выпад брата. Я понимала, что он все еще привыкал к тому, что я снова живу рядом и выливал на меня свои заготовленные фразочки, оттачивая мастерство.
- Тебя искал. Но дважды натыкался на отца. Ты же знаешь, он не любит твоих парней. Особенно его. Папа закрыл дверь и указал четкое направление.
- Он не сказал Роме, где я?
Брат мотнул головой и усмехнулся.
- Один раз он просидел весь день на лавочке перед подъездом. Наверно, пачки две сигарет выкурил. Сам видел.
- И что потом?
- А потом я с ним поговорил и понял, что он нормальный такой чувак. Придурок немного, конечно. Под стать тебе, сестренка. Но уж точно не такой, каким его описывают в разговорах родители.
Он еще пару секунд задумчиво смотрел куда-то в стену, а затем добавил:
- Кстати, знаешь, мне ведь нравилось то, как ты изменилась, когда общалась с ним.
Я устало взглянула на него.
Почему нельзя было сказать мне этого раньше? Может тогда я бы не была столь импульсивна и задумалась над тем, что все же есть и вторая сторона. Пусть ее представителем и являлся мой непутевый брат.
- И ты тоже ничего ему обо мне не сказал?
- Не сказал, - кивнул Артур. – Извини, но мне дорога моя репутация перед родителями. Я попросил его больше не попадаться им на глаза.
- И он послушал тебя.
- Как видишь, - Артур развел руки в стороны. – Хоть кто-то прислушался к моим словам.
- К твоим словам всю жизнь прислушиваются мама и папа. Ты же любимчик.
Артур громко фыркнул.
- О чем ты? Они всю жизнь только и делают, что носятся с тобой. На меня им плевать. Я хожу и делаю, что мне вздумается. Им и дела нет до меня.
С такой версией происходящего в моей семье я еще не сталкивалась и в очередной раз поняла, насколько же мы с братом всегда были далекими людьми. Во всех смыслах. Хотя и жили под одной крышей уже много лет.