Вечером того же дня парни решили вместе пойти на концерт той самой группы, о которой оба они уже были наслышаны и даже каждый из них уже успел насладиться их творчеством. Только если Вадим шел, чтобы послушать коллектив в целом, то Рома хотел насладиться лишь скрипкой. Или скрипачкой. Одно из двух совершенно точно.
Глава 8.
Я оказалась дома только в первом часу ночи, отыграв очередной концерт и посидев еще недолго с парнями в кафе, отмечая день образования нашей группы. Я даже позволила себе выпить немного, отчего теперь приходилось красться настолько незаметно, насколько это только было возможно, ибо если хоть кто-то из родных учует запах алкоголя с моей стороны, мне не сдобровать. Хоть мне уже и исполнился двадцать один год, на выпивке для меня стоял строгий запрет, что в принципе смешно, ведь даже в странах Европы я уже считалась вполне себе совершеннолетней для чего-то подобного, и никто бы даже глаза не повел, увидев дату моего рождения и бокал шампанского в руке. Родители же так не считали, а потому думали, что имеют право до сих пор отчитывать меня за всякие глупости.
Я очень тихо разулась в прихожей и, не включая в ней света, стала красться на цыпочках в свою комнату. Все домочадцы видели уже седьмой сон. Все, кроме Джефри. И именно сейчас ему вдруг захотелось со мной поиграть. Наверно он считал, что сейчас особенно подходящее время, когда никто из хозяев его развлечь больше не может и одна только я шляюсь непонятно где так поздно.
- Кыш, Джефри, тише, - зашептала я, отпихивая от себя влажный собачий нос. Он упрямо тыкался мне в ногу, а острые зубы пытались слегка цапнуть за нее, как Джеф обычно делал, чтобы на него обратили внимание. – Я не могу поиграть с тобой сейчас. Подожди до утра.
Пес закружился вокруг себя волчком, виляя хвостиком. Я постаралась воспользоваться моментом и пройти дальше через общую гостиную в свою спальню, минуя родительскую, а также спальню брата. Благо, что в нашей семье все привыкли запирать двери на ночь. И я только уже была готова открыть свою, как на весь дом раздался собачий лай, и на меня сзади запрыгнула многокилограмовая мягкая тушка.
- Что ты делаешь? Отстань, – сбросила я со своей спины пса, стараясь все же спасти свое положение, но это было тщетно. Меня уже заметили.
Едва я потянула на себя ручку двери, из родительской спальни показалась светловолосая голова матери.
- Нелли? – сонно спросила она. - Это ты? Сколько времени?
Меня словно молнией поразило от ее голоса, поэтому я только в ступоре отпустила дверную ручку и повернулась к женщине, ничего ей на это не отвечая. Нет смысла ей врать. Если узнает, то ору поднимется немеренно. Пусть лучше поругается слегка из-за того, что припозднилась, и уйдет спать, не приближаясь ближе.
Но только я успела подумать о том, чтобы мама не приближалась ко мне, как она сделала с точностью да наоборот. Она прошествовала в мою сторону, прямо к выключателю, который находился поблизости. Я продолжала плотно сжимать губы и стараться не дышать, чтобы не распространять аромат алкоголя.
- Чем это пахнет? – скривилась мама, нажимая на кнопку выключателя и заставляя нас обеих щуриться.
Я набрала носом побольше воздуха и затаила дыхание, стараясь делать это незаметно. Выходило, скорее всего, отвратительно, потому что мама тут же поняла в чем дело и подошла ко мне вплотную.
- Выдохни, - приказала она своим самым строгим голосом.
Я помотала головой из стороны в сторону.
- Я сказала, дыхни сейчас же, - не сдавалась мать.
Мне же, как назло вспомнилась давнишняя шутка о том, как дочь отвечает матери на подобный вопрос своим «Тебе что, воздуха не хватает?» и вдруг прямо таки прыснула от смеха прямиком маме в лицо. Представление о том, что я говорю сейчас подобное своей строгой матери казалось мне безумно забавным. А во всем алкоголь виноват, зараза такая.
Мама стояла передо мной с закрытыми глазами и вся оплеванная мной несколько бесконечно долгих секунд. За это время хмель как-то вдруг успел ловко испариться из моей крови наряду со смехом. Шутка больше не казалась такой смешной. А еще менее смешным оказалось то, что я потянулась рукой и вытерла с лица мамы свои слюни.
Божечки, что же я творю?
- Что. Это. Сейчас. Было? – четко, по словам произнесла женщина, медленно открывая свои зеленые глаза и глядя на меня.
Ненавижу этот ее взгляд и голос с самого детства. Прямо в дрожь бросает от воспоминаний о том, как я, нашкодившая, выслушиваю причитания матери, а потом стою в углу за плохое поведение. А в это время Леська с Виленкой играют во дворе с мальчишками и зовут меня снова выйти к ним. А потом я два или три часа занимаюсь музыкой и уроками. Конечно же не в наказание, а из самых лучших побуждений. Лучше заранее выучить таблицу умножения и хвастать этим перед мамиными подружками с работы (а работала она не абы где, а в министерстве образования), вместо того, чтобы творить веселые детские воспоминания.