Рома тяжело поднялся и сел, глядя на часы, стоящие под плазменным телевизором. Семь вечера. Сколько же он сегодня спал?
Благо, что голова перестала болеть, вот только сухость во рту стала еще больше и не давала нормально разговаривать.
- Окей, до встречи, - быстро попрощался со старым знакомым парень и поплелся в кухню за живительной влагой.
Через два часа более-менее бодрый молодой человек с каштановыми волосами стоял на пороге кафе «Filum», что переводилось с латыни как «Струна» и было по сути чем-то вроде бара, в котором можно расслабиться под звучание струнных инструментов. Кто-то из друзей рассказывал ему об одной группе, дающей здесь концерты практически через день. По их словам, звучание было достойным. Роме даже самому стало любопытно проверить это предположение, поэтому он, не дожидаясь своего товарища, прошел в темное помещение музыкального кафе.
На пороге его никто не встретил, кроме громкой музыки, которая впрочем, тоже вскоре стихла. Только что закончившие свое выступление музыканты уступали свое место на сцене коллегам по цеху.
Рома прошел вглубь помещения, разыскивая столик за которым он мог бы расположиться поудобнее. На глаза тут же попался диванчик, рассчитанный на четверых человек. Он стоял прямо напротив сцены, утопленный в тени, так что со сцены наверняка смотрящих за представлением было не разглядеть. В то время как с дивана сцену, подсвечивающуюся снизу, было отлично видно.
Рома тут же шагнул к столу, занимая его на этот вечер для себя и партнера по своему маленькому автомобильному бизнесу. Отчего-то музыка сегодня занимала парня куда больше машин. Ему скорее хотелось расслабиться, нежели выслушивать деловые разговоры Антона.
На сцене брюнет заметил музыкантов, выходящих на сцену со своими инструментами. Гитары, гитары и… скрипка. Девушка в красном облегающем платье и в маске, скрывающей половину ее лица, держала в руках скрипку. Звука этого инструмента Рома не слышал уже давно. Тем более в сочетании с роковым звучанием, которое наверняка подразумевалось в этот вечер в исполнении данной группы.
Это были три довольно взрослых мужчины и один юнец, лет восемнадцати. Место для скрипки и девушки в коротком платье подобный коллектив мало предполагал, но, тем не менее, оно было.
Светловолосая положила скрипку на плечо, давая мужчинам понять, что она готова. Вскинула распущенные волосы и приложила смычок к струнам. Музыка, полившаяся тотчас по залу, сразу же заставила всех встрепенуться и перестать обсуждать насущные дела. Это была не просто мелодия. Она пробирала насквозь с самых первых нот. Даже не столько мелодия, сколько игра девушки и ее вид. Она закрыла глаза и вся отдалась моменту, слегка покачиваясь в такт музыке, которую издавала сама же. Когда глаза ее распахнулись, Рома отметил в них яркую вспышку.
Огонь. В девчонке пылает огонь.
Мелодия была не из классических. Далеко нет. Она была быстрой, яростной и пронзающей насквозь. Настолько, что у сидящих за столиками посетителей наверняка тоже зажглись сердца при взгляде на девушку.
- Нравится? – спросил не понятно откуда взявшийся рядом Дементьев.
Рома лишь мельком взглянул на мужчину и кивнул.
- Кто эта девушка? – спросил Аморский, надеясь на то, что сейчас разузнает все о незнакомке в маске.
Антон пожал плечами и двумя пальцами подозвал к себе официанта.
- Хорошо играет, правда, - подтвердил он, заказывая чашку эспрессо.
Первая песня окончилась, сорвав бурные овации у зрителей. Рома не удержался и тоже захлопал в ладоши, глядя при этом только на незнакомку, которая сейчас напоминала ему дикую кошку. Безумно грациозную и гибкую. Такую, что хочется погладить и…
- Романыч, не витай в облаках. Давай о деле, - грубо прервал поток мыслей Антон, за что получил неодобрительный светло-карий взгляд. – Что у нас насчет завтра? Твоя малышка уже готова или ты пока все еще на ставках? К нам присоединился один малый. Говорит, что ищет тебя.
- Как звать? – спрашивает Рома, все так же не сводя глаз с незнакомки, которая сливается в единый ритм с музыкой и плавно покачивается, глядя в зал в перерыве между своими партиями. Она обводит цепким взглядом людей, сидящих у сцены. Романа же, как он и думал, не замечает. Только мельком скользит по нему взглядом и тут же отводит его, сжимая в пальцах инструмент.
- Герман, - отвечает Антон, - Белованов.
Дементьев подносит чашку к губам и смотрит на сцену. Да, девчонка хороша в этом платье. И сама ведь понимает это. Вон как призывно движется.
- А, этот придурок, - небрежно кидает Рома, махнув рукой, - было дело, сцепился с ним и выиграл по итогу весь его большой куш. Хочет еще раз опозориться, валяй. Только не со мной. Уже неинтересно.