- Хватит! – кричала белокурая девушка. Аморский отметил, что у этой девчонки волосы намного светлее, чем у Нелли. У той они скорее светло-русые, нежели блондинистые, - То ты говоришь, что не любишь, потом, что любишь. Определяйся!
Блондинка подавляла в себе всхлипы. Это было заметно сразу по тому, как она хмурит брови и отводит в сторону глаза. Не хочет плакать при этом парне.
«Что это вообще за фрукт такой, что уже вторая за эту ночь девушка смотрит на него так воинственно?»
Рома облокотился на перила и втянул в себя дым, упиваясь тем, как он действует на его нервную систему. Там, этажом ниже, кто-то ругается, а ему все равно. Да и мысли о незваной гостье уходят на второй план.
- Я не могу. Просто знай, что ты мне очень дорога. Я люблю тебя, правда. Забудь, что я сказал.
Краем глаза Аморский заметил, как девушка порывисто ударила ладошкой по таким же, как перед ним, перилам.
- Тогда что это за женщина была с тобой? Ты так и не объяснил мне ничего.
Парень молчал. Даже отвернулся и стал смотреть на горящий ночными огнями город.
- Я должен был, - заявил он, не смотря на любимую девушку. Пусть эти двое и ругались сейчас, но от них все равно будто исходило слабое свечение. Или может это уже от усталости у Ромы начинались глюки. Всякое в его жизни бывает.
- Что ты должен был? – уже не так уверенно спросила беловолосая.
Удивительно как эта пара забылась и не замечала Рому, смолящего в точно такой же для них видимости. Обычно люди смущаются откровенных разговоров при посторонних.
- Сделать то, что сделал, - строго сказал он, все еще не поворачиваясь.
- Зачем? – истерично воскликнула девчонка.
«Так, здесь уже начинает попахивать Санта-Барбарой. Пора делать ноги» - решил Рома, туша сигарету о стоящую рядом пепельницу и заходя обратно в квартиру, впуская в нее легкий ветерок, который заставил колыхаться штору на окне.
Первой мыслью было разбудить спящую девчонку или отнести ее вниз, к этой эмоциональной парочке, но потом он взглянул на нее и передумал. Ему просто вдруг стало приятно, что дома сегодня он не один и что его постель может служить не ему одному. А, например, еще и ангелоподобной знакомой, которая сегодня стала открываться для него с другой стороны. И эта сторона даже в своей неправильности была какой-то особенно милой и интригующей. Словно конфета, завернутая в несколько фантиков.
«А ты не так проста, девочка», - задумчиво потер подбородок Рома, глядя на Нелли. Она в это же мгновение сладко что-то забормотала, сжала руками подушку и подобрала ближе к себе ноги, так что платье уже достигло своего критического минимума.
Какая-то маленькая птичка в голове парня стала напевать песнь о том, что кожа этой девчонки очень мягкая и гладкая на ощупь, а губы у нее, скорее всего, нежные, как только что раскрывшийся цветок. И сама она как цветок. Стоит только раскрыть и получишь массу удовольствия.
- Так, стоп, - приказал птичке остановиться Рома. Снова захотелось закурить, хотя горьковатый привкус все еще ощущался во рту.
Он резко смахнул с себя пелену наваждения и подошел к шкафу, стоящему поблизости. Открыл одну створку и потянулся за еще одним пледом, который лежал на верхней полке на всякий случай. Достал его, слегка встряхнул и набросил на девушку, стараясь не разбудить. Если она еще и проснется и посмотрит на него своими небесными глазами, то он определенно не сдержится. Сегодня уж точно. Будь она здесь в любой другой из дней и не после произошедшего с ними в клубе, он бы спокойно оставил ее у подруг и сам направился бы спать, чего сейчас сделать не мог.
Или не оставил бы и дело совсем не в этой ночи? Может, все же дело было в ней?
Мое утро началось с песни неизвестной мне птицы. Она так громко и красиво пела, что вместо того, чтобы ворчать, хотелось пойти ей навстречу и начать подпевать, как принцесса из сказки, за одним лишь исключением, что я принцессой совершенно не являлась. Зато выспалась я просто таки по-королевски. Никогда не чувствовала себя лучше после приема алкоголя. Возможно, что он просто не успел хорошенько усвоиться вчера и весь вышел возле дерева, находящегося рядом с многострадальным клубом «Небо». Туда я больше ни ногой.
А еще мне снились прекрасные сны о том, как кто-то гладит меня по волосам и целует в лоб. Так обычно в детстве делала мама перед тем, как пожелать спокойной ночи и закрыть дверь в мою комнату, но снилась сегодня мне точно не она. Запах был мужским. Да и поцелуй не ощущался так уж невинно.
Единственное, что меня смущало в сегодняшнем пробуждении – это ужасный привкус во рту и подушка, которая совершенно точно не была моей или Виленкиной. А это означало, что у нас с Ромой, а вернее сказать у одного него, не получилось достучаться до подруги, и сейчас я находилась у него дома, занимая его кровать. От осознания этого факта я подскочила на мягкой постели, в ужасе ожидая увидеть рядом с собой парня. Возможно даже в непристойном виде. Но наткнулась только на холодную пустоту комнаты и свои конечности, укрытые чем-то мягким. Оказалось, что пушистым пледом, какими обычно увлекаются девчонки и скупают их тоннами. И у этого крутого парня тоже один такой имелся в арсенале, и он даже соблаговолил меня им укрыть. Надо же какая забота.