Расталкивая в стороны танцующих нетрезвых молодых людей, Драко добрался до барной стойки и заказал себе стакан виски. Боковым зрением он заметил стоящую рядом девушку и почти сразу мысленно похвалил себя за предусмотрительность с чарами.
Как бы она ни изменилась за это время, Драко узнал бы её в любом облике, ведь именно её он терроризировал на протяжении шести лет в Хогвартсе. Грейнджер заметно похудела, да и осанка у неё выпрямилась, отчего она казалась гораздо выше, чем когда горбилась в библиотеке над кучей учебников. Тонкую длинную шею обрамлял чёрный чокер с клёпками, от которого вниз свисали две цепочки, поддерживающие короткий латексный топ. Экстремально короткая клетчатая юбка едва удерживалась на бёдрах узким ремешком, а на затянутых в сетчатые чулки стройных ногах красовались кожаные берцы с шипами на массивной подошве. Густые и обычно волнистые волосы были выпрямлены, а отдельные пряди, выкрашенные цветными мелками, горели неоном в клубном освещении. Смоки айс идеально подчёркивал бархатные карие глаза, а взгляд из-под длинных густых ресниц завораживал.
Драко едва успел отвернуться, прежде чем оглядывающаяся по сторонам Грейджер успела заметить, что он пялился на неё. Он пялился на Грейнджер.
Много же чего изменилось со времён войны. Малфоям пришлось пережить немало унижений – такова была цена за поддержку Тёмного Лорда. Несмотря на дезертирство из рядов Пожирателей Смерти, мэнор всё равно подвергался обыскам, а на репутации осталось несмываемое пятно. Драко думал, что с окончанием войны и школы наконец наступит долгожданная свобода без оглядок за спину и страха за себя. Но в итоге они стали изгоями.
О карьере в Министерстве или в национальной сборной по квиддичу – достойных наследника чистокровного рода профессиях – можно было забыть. И мать, и отец прилагали все усилия, чтобы очистить их фамилию, а Драко лишь злился. Когда-то давно – как будто в прошлой жизни – он бы всё отдал, чтобы не видеть надменного выражения на лицах своих родителей, но сейчас, когда его гордость была растоптана вместе с будущим, он не хотел признавать утрату былого величия. Ему нужно было хоть раз ощутить дух прежних Малфоев. И он отдалился.
Запутавшись в собственных мыслях и желаниях, Драко бесцельно проводил дни, недели, месяцы. Снаружи кипела жизнь, но в замке время словно остановилось, по крайней мере для него. Неожиданные изменения нагрянули вместе с совой из Министерства: длительное слушание по делу их семьи, наконец, завершилось, и им был вынесен оправдательный приговор. Правда, с одним условием: Драко Малфою назначили две тысячи часов исправительных работ в качестве куратора в социальной службе для юных волшебников, родившихся в семьях маглов. В его обязанности входила их интеграция в магическое сообщество, устранение последствий стихийной магии и беседы с родителями.
Уж насколько Драко не мог разобраться в себе и в том, чего хотел на самом деле, здесь он был уверен на все сто – нянчиться с грязнокровками не его уровня дело.
Накопившееся внутри недовольство нашло выход самым неожиданным образом.
Драко усмехнулся, наблюдая за попытками Грейнджер привлечь внимание подошедших к бару музыкантов из «Потомков Мерлина». То, как она смущённо убирала прядь волос за усыпанное фейковым пирсингом ухо, как оттягивала ярко-красным ноготочком пухлую нижнюю губу, как облокачивалась на стойку, словно ненароком демонстрируя глубокое декольте, вызывало в нём дикое желание расхохотаться на весь клуб. Если бы кто-то сказал ему, что Гермиона Грейнджер будет когда-нибудь делать нечто подобное у него на глазах, он бы посоветовал им пойти проверить голову в Мунго. Но вместо этого сейчас он сам заворожённо следил за её действиями, как и музыканты, которые уселись на высокие барные стулья рядом с ней.
Барабанщик, небрежно закинув мускулистую татуированную руку на хрупкие плечи Грейнджер, заказал два шота. Басист поспешил предложить даме коктейль, а нахмурившийся гитарист приобнял её за талию и что-то зашептал на ухо, отчего у той мгновенно вспыхнуло лицо.
Всё же как библиотечную мышь не прибарахли, а она так мышью и останется. Драко слышал, что Грейнджер устроилась в Отдел Тайн, в то время как её туповатые дружки – определённо по удаче – умудрились стать аврорами. Что же понадобилось невыразимцу среди ночи в таком сомнительном месте, Драко решил выяснить чуть позже. А пока нужно было спасать её от лап пьяных музыкантов, которые они в данный момент бесстыже распускали. Подавившаяся застрявшими в горле вопросами Гермиона застыла от ужаса, пока чужие руки блуждали в районе её талии и ягодиц.