Иванова виновато взглянула на Иру, и решила промолчать. В сумочке затрезвонил сотовый.
- Закажи мне зеленый чай, - кинула она Киреевой, и двинулась к выходу из кафе, едва не сбив официанта, что двинулся к столику Сергея, - Извините, - буркнули они в два голоса, и Юля, наконец, смогла ответить.
На дисплее отобразился не знакомый номер, поэтому Иванова ожидала подвоха.
- Алло?
- Юленька, не занята?
Иванова расслабилась, это был всего лишь ее агент, миловидная женщина лет тридцати-тридцати двух, обладающая обворожительным контральто, и невероятной хват кой.
- Привет, Людочка. Что за номер?
- Звоню с домашнего. Я тут прознала, намечается банкет для акул, так сказать, телебизнесса. Будет много знаменитостей, новые связи, понимаешь, к чему я?
- Еще бы. Во сколько?
- Я заеду в десять. Приглашения уже достала.
- Ты превзошла сама себя!
Из кафе довольно бодро вышел Сергей, и, махнув Юле на прощанье, скрылся за поворотом.
- Я знаю. Не опаздывай! – И Люда отключилась.
Юля задумчиво взглянула на часы. Десять минут восьмого. Солнце медленно катилось к горизонту. Времени катастрофически не хватает!
Иванова довольно бодро вернулась за столик, и недоуменно взглянула на Иру, которая уже расплатилась за так и не выпитый зеленый чай.
- Что стряслось? – спросила Юля, так, ради приличия, ей то все равно пришлось бы уйти.
- Миша звонил, срочно хочет меня видеть.
- И ты так кинешься к нему, стремглав? Побросав все свои дела?
- Да. А что в этом удивительного? Он мой муж.
- Звучит как приговор, - поднимая пакеты, сообщила Иванова, - впрочем, мне тоже пора. Корпоративный обед. Надо быть.
Ира понимающе кивнула. Девушки чмокнулись на прощанье, и разошлись в разные стороны.
Юля явилась домой в половине восьмого, и истратила два с половиной часа на свою доскональную подготовку к вечеринке. Он должна быть сногсшибательной, иначе удачи не видать.
Уложив волосы в свою фирменную прическу, а-ля Мэрилин Монро (только так она выходила в эфир), строгий шик маленького черного платья, черные чулки, красные бархатные туфли, алая помада, и дурманящий аромат от Шанель. Иванова всегда выбирала классику, потому что знала – это вариант беспроигрышный. Нельзя выглядеть безвкусно, выбирая в свой гардероб классические цвета и фасоны.
Людочка прибыла ровно в десять. Тонкие очки в позолоченной оправе, как и прежде едва держались на ее крошечном, остреньком носике. Вообще Людочка казалась хрупкой, и миниатюрной женщиной. Отчего казалось моложе своих лет. Рыжая от природы и белокожая, она жестоко боролась с веснушками. И их почти не было видно. Но именно это почти ее и бесило. Людочка проявляла характер во всем, вплоть до своих веснушек, отчего казалась личностью неординарной и явно уважаемой в светских кругах.
- Шикарно выглядишь, - кинула она (еще ходили слухи, что Людочка нетрадиционной ориентации), когда Юля садилась в автомобиль.
- Спасибо. Ты одна понимаешь, чего мне все это стоило... Не зря ведь раздобыла целый лимузин!
- Пустяки, - Лидочка лениво пригубила, и тут же спохватилась, - Ах, да, чуть не забыла, - лимузин плавно двинулся вдоль тротуара, и Лидочка, подняла перегородку между салоном и водителем, - на банкете буте Максимов, будь с ним поосторожнее.
- Ой, бог ты мой. Неужели ты думаешь я куплюсь на его фальшивое обаяние, и явно искусственные волосы?
- Он просто кабель, это я тебе, как женщина говорю. Он даже со мной пытался заигрывать!
- Он просто неразборчив.
Лидочка поджала губы в наигранной обиде.
- И что это ты пытаешься сказать?!
Юля засмеялась.
Да, она как-то пересекалась с этим Ярославом Максимовым. Из дешевого телеведущего, он превратился в человека номер один на светской тусовке. Что говорить, его труд под названием «Психология домохозяйки» явно имел успех в мужских кругах, с таким цинизмом и издевкой она порылся в женской психологии. Все это явно попахивало шовинизмом. Наверное, поэтому Людочка так его ненавидела. Удивительно, как ему еще не устроили «темную» всякие там женские феминистские общества…
- Приехали! – сообщила Людочка, и довольно проворно выбралась из машины, не дожидаясь, когда галантный швейцар подаст ей руку.
Юля улыбнулась, но руки все же дождалась.
Она выбралась из машины, и была приятно удивлена огромному скопищу репортеров по над высокой лестницей, ведущей в банкетный зал на первом этаже огромного казино.
Ей ведь совсем не повредит лишний раз посвятиться в газетах. Людочка ненавидела журналюг всей душой, поэтому в три шага преодолела лестницу и смешалась с толпой.