— Все подготовил? — спросил я Вайсака, заходя в каюту капитана.
— Да, — покивал тот. — Даже мазь для заживления ран нашел, — он продемонстрировал мне открытую склянку, из которой невыносимо воняет.
— Действуй, — коротко сказал парню, а сам сосредоточился на ауре раненого.
Ученик знахарки или кто она там была на самом деле обхватил болт на ноге Игалека и попытался его выдернуть. Бывший капитан галеры взвыл, дернул ногами, угодив здоровой в грудь парню. Вайсак этого не ожидал, отлетел спиной назад на метра на три и грохнулся об пол.
— Ты, сволочь такая, живодер или кто? — процедил Игалек, на лбу которого выступил пот, а в ауре всполохи боли.
— П-п-простите, — заикаясь, пробормотал недоделанный лекарь.
— Азов не знаешь? — покачал головой капитан. — Надо определить какой наконечник у болта, сделать разрезы до его начала, а потом медленно за древко потянуть.
— Либо резко, — не согласился я.
— Медленно, чтобы понять, не мешает ли что-то, — повторил Игалек.
— Я с таким не сталкивался, — признался Вайсак.
В каюте наступила тишина, только раненый хрипло дышит. Н-да, медицина тут оставляет желать лучшего. Доктора или точнее целители с лекарями далеко не все умеют. Кстати, врачевание делится на несколько видов и подходов. Есть традиционная, в моем понимании, когда используются порошки, пилюли, мази и обычный скальпель. Это — лекари. Второй вид — знахари и знахарки, их большинство и они предпочитают использовать микстуры, отвары, зелья и те же мази, но заговоренные собственной магической силой. Не чураются и применять обычное магическое воздействие. Разумеется, чистят раны вручную, как и роды принимают. И последние представители этой профессии, самые малочисленные — целители. Они подходят к проблеме больного комплексно, но в основном полагаются на дар и тот же болт из тела могут вытянуть с помощью заклинаний и своего источника. Их услуги стоят дорого, а лечат они редко, так как приходится после каждого воздействия на больного долго восстанавливаться. Кстати, далеко не со всеми болячками они справляются, тот же пресловутый аппендицит удалить не могут с помощью своей силы.
— Лезвие на огне прокали, — достал я свой кинжал и протянул Вайсаку, а потом посмотрел на Игалека: — Терпи, болты необходимо вытащить, иначе возможно заражение крови.
— Знаю, — кивнул тот. — Мне бы к целителю, мой в порту, но туда пока нельзя.
— Есть крепленое вино? — спросил капитана и оглядел каюту.
— В шкафу у иллюминатора, — ответил раненый.
— Вайсак, — кивнул я парню.
Тот понял без объяснений, принес бутылку, запечатанную сургучной пробкой, которую я одним движением выбил. Прямо из горла пригубил, проверяя крепость. Ну, алкоголь чувствуется, но не сильно.
— Пей! — поднес к губам капитана.
— Не хочу, — буркнул тот.
— Это анестезия, — попытался я объяснить и прикусил язык, таких слов в этом мире не знают. — В одном старом фолианте вычитал, что опьянение позволяет утратить чувствительность и снизит боль при ранениях.
— А, это да, есть такое, — хлопнул себя по лбу Вайсак. — Бабка часто раненых предварительно поила вином или специальным грибным отваром, чтобы те заснули и ничего не чувствовали. И как об этом забыл?
— Ясно, — коротко ответил Игалек и стал пить.
— Хватит, — остановил я его, когда в бутылке осталось примерно половина. — Голова кружится, мысли путаются? — задал вопросы бывшему капитану галеры, тот в ответ зевнул и чуть кивнул, прикрыв глаза.
Выдохнув, я взял нож и сделал два глубоких надреза рядом с болтом в бедре Игалека. Тот чуть дернулся, простонал сквозь зубы, но ничего не сказал. А я вдруг ощутил, что могу поделиться с раненым силой из своего источника, что и сделал. Вот только результат оказался не таким, каким ожидал. Только что сделанные порезы затянулись, а кровь запеклась.