С воинами, которые захотели отправиться со мной к горцам, общение не затянулось. У троих мне не понравились ауры, двое оказались простужены, но это пытались скрыть. К остальным вопросов не возникло, правда, их оказалось пятьдесят пять, но от кого-либо отказываться не захотел. В том числе и капитан гарнизона, присутствующий при нашей встрече, ворчал, что лучших забираю.
— А еще мне необходим лейтенант, которому они будут подчиняться и с кого мне спрашивать, — сказал я Замашу, когда мы шли с тренировочного поля, где с воинами знакомился.
Ну, знакомился — не точное определение, к парням присматривался, их имен не спрашивал, пока в голове столько информации удерживать нет желания.
— Айлексис и об этом знаю, — вздохнул капитан гарнизона. — Есть один человек на примете, за которого готов поручиться. Барон, у его семьи поместье недалеко от границы и владеют всего двумя деревеньками. Служит исправно, смышлен, солдаты его уважают, хоть и молод.
— Зови, — коротко сказал я и уточнил: — Он же где-то поблизости, так ведь?
— Верно, — не удивился моим выводам Замаш и поднял вверх руку, сделал кистью круговой жест.
Лейтенанту всего девятнадцать, немного старше меня, но Гаррай Пунгелов, так он представился, не вызвал никакого негатива. Барон честен, жаждет воинской славы и как можно быстрее подняться по карьерной лестнице. Разумеется, он не стал отнекиваться и от обещанных призовых за поход. В общем, договорились, осталось все документально оформить и эту головную боль я спихнул на младшего командира, которого только что принял. Ну, а чего такого? Пусть приступает! Наверняка же найдет писаря, а если и нет, то пусть сам бумагу марает. У меня к писанине чернилами и пером стойкое отвращение, точнее, зазорного в этом ничего нет, зато кляксы получаются.
— Господин Айлексис, — подошел ко мне Гунбарь, когда я направился в порт, чтобы встретиться с Шипкой, — все узнал, целителю ваши слова передал, тот обещал докупить лекарства.
— Что узнал?
— Про владелицу дома удовольствий, — пояснил мой помощник и увидев вопросительный взгляд, продолжил: — В Пуртанск приехала три месяца назад, вступила в наследство. Оно ей досталось от тетки по отцовской линии, если верить слухам. Сделала ремонт, половину, если не больше, девиц разогнала. Ввела новые правила и подняла расценки, чем местные не очень-то довольны были.
— Еще бы, — хмыкнул я, — никто платить дороже не захочет.
— Мнение быстро поменяли и говорят, что лучше подкопить, но отдохнуть как следует.
— Вот как? И чем же она удивляет?
— Обязательна чистоплотность, сильно пьяных не принимает, за драки и побои большие штрафы. Как-то сумела договориться с патрулями городской стражи и те ее прикрывают.
— Крышуют, — автоматически подправил я.
— Простите, что делают?
— Не обращай внимания, продолжай.
— Гм, на чем остановился? — призадумался мой помощник. — Ага, так вот. У девиц появились хорошие наряды, но одно из самых главных — еда.
— А с ней что не так? — не понял я.
— Блюда по вкусу не уступают хорошему ресторану, а ценник дешевле. У хозяйки заведения даже пытались заказывать отмечать то или иное торжество.
— Неужели хотели свадьбы играть?
— Ей два таких предложения поступило, но она отказала, — усмехнулся Гунбарь.
— Хотел бы я посмотреть, кто был инициатором, — сдерживая улыбку, ответил своему помощнику, представив, как в доме удовольствий отмечают свадебную церемонию, а доступные девицы прислуживают гостям.
— Вроде бы из гильдии купцов, одних из завсегдатаев дома удовольствий, — пояснил мой спутник.
— А недостатки?
— Гордая, мнит о себе черте что, ни за какие деньги не соглашается клиентов ублажить. Из семейного бюджета вытягивает деньги. На ее девиц уходит слишком много, раньше было терпимее. Не дает в долг, не принимает расписки и не позволяет в ее заведении играть в любые азартные игры.
— Как интересно, — задумчиво произнес я. — Думаю, различного негатива про нее ты еще можешь долго перечислять.
— Это, да, далеко не все госпожу Шипку любят и хвалят, — покивал Гунбарь.
— И каков твой вывод?
Опытный воин призадумался, он многое повидал, но тут не знает, что ответить. Только неопределенно пожал плечами.
— Хорошо, ты славно потрудился, — хлопнул я его по плечу. — Иди отдохни, в путь выдвинемся не раньше, чем послезавтра. Можешь расслабиться.