— Или он не тот, за кого себя выдает, — возразил я.
Журбер на мои слова чуть заметно кивнул, похоже, он этот вариант не сбрасывал со счета, но почему-то не счел его реальным. А вот мне все больше кажется, что угадал. К нашему отряду Васт присоединился за несколько дней до того, как оказались в крепости. Там у него не имелось возможности близко подобраться к Журберу и Иштании. Сомневаюсь, что его целью была баронесса, но и исключать этого нельзя, как и что-то другое.
— Какой смысл гадать, если можно побеседовать, — хищно усмехнулся бывший глава тайной канцелярии.
Он преобразился, в ауре полыхнули всплески злости и негодования. Герцог злится и в первую очередь на себя самого. Мы втроем, с Журбером и Гарраем, покинули пещеру, оставив дам приводить себя в порядок. Правда, напоследок пришлось пообещать, что вскоре двинемся в путь. Похоже, девушки желают заночевать в кроватях, предварительно отведав нормальных блюд. Не факт, что в трактире горцев их устроит еда, но она точно окажется лучше наших припасов.
— Что в вещах предателя нашли? — спросил герцог, когда мы отправились к месту, где содержат Васта.
— Ничего предосудительного, запасное белье, мелочевка и ничего больше, — развел руками лейтенант.
— Бумаги? — коротко поинтересовался я.
— Нет, — покачал головой Гаррай.
— Странно, — хмыкнул Журбер, — нуда ничего, побеседуем.
Васт помрачнел, увидев живого и здорового герцога. Аура воина выражает сильное разочарование и досаду. А вот телохранительница графини прямо-таки светится счастьем, при этом ее лицо подопухло и видно, что недавно рыдала.
— Деточка, — обратился к воительнице герцог, — иди к своей госпоже, без тебя тут управимся.
— Хорошо, — кивнула та и сделала шаг в направлении пещеры, но ее герцог остановил:
— Подожди, дай-ка мне свой ножичек, — сказал Журбер, кровожадно поглядывая на Васта, у которого связаны руки и ноги.
Зурба на выбор предложила аж пять клинков, мгновенно оказавшихся в ее руках. Герцог выбрал небольшой нож с искривленным лезвием, предназначенным для чистки фруктов и овощей.
— Кто ты? — пробуя ногтем лезвие на остроту, поинтересовался герцог.
— Мое имя вам известно, — хмыкнул Васт.
— А титул? — продолжил расспрашивать Журбер.
— Это уже не важно, — процедил убийца. — Сглупил я, следовало войти в пещеру и прикончить вас там. Нет, захотел все сделать красиво и при удобном случае уйти. Дурак, сам виноват.
Герцог присел перед Вастом и склонил голову на плечо, разглядывая предателя.
— Знакомые черты есть, но никак не вспомню, — вздохнул Журбер и провел острием ножа по щеке пленника. — Ничего личного, но мне нужна информация и ее добуду.
Гм, методы герцог собирается использовать радикальные. Вот он достал из кармана сюртука носовой платок и запихал его Васту в рот. Нажал на какую-то болевую точку и тело предателя выгнулось дугой. Но это еще не все, герцог ножом сделал несколько движений, и одежда на убийце распалась на куски ткани.
— Пойду посмотрю, как идет подготовка к переходу, — буркнул я, не желая присутствовать на допросе с пристрастием.
Журбер не остановится, пока не получит ответы на все свои вопросы. Своего он точно добьется, а жестокими методами гнушаться не собирается. И, если честно, он в своем праве.
— Айлексис, вы ко мне своего помощника пришлите, — не глядя на меня попросил Журбер. — А то на лейтенанта, как и на вас, надежды мало, вы еще к такому непривычны. Ничего, научитесь и поймете, что иногда не остается выбора.
И вновь не стал с ним спорить. Этот мир бывает жесток, если ему не соответствовать в той или иной ситуации, то выживание стремится к нулю и это прекрасно осознаю. Смог ли бы я сам, при необходимости, занять место Журбера и добиваться ответов? Скорее всего да, особенно зная, что от этого зависят жизни моих спутников. Гунбарь обнаружился рядом с пещерой, о чем-то расспрашивая белошвейку и держа ту за руку. Отправил его к герцогу, а сам присел на камень и стал впитывать в себя магические потоки, пополняя источник. Странно, но как-то быстро восстановился и не чувствую отката. Удивительно еще и то, что судя по местонахождению солнца, времени прошло немного, после того, как дозорный сообщил о случившемся.
— Час, не больше, — сделал заключение и только сейчас почувствовал, как отпустило напряжение за жизни друзей.
Да, как-то незаметно и уже давно, стал считать герцога, графиню и баронессу своими если не друзьями, то уж соратниками точно. Неприятности сближают, но не только в них дело, есть еще и другие факторы. При этом, далеко не всегда согласен со взглядами и действиями той же Иштании. Как можно безропотно собой жертвовать и не пытаться найти другой выход? Но и осуждать ее не имею права, мне неизвестно, как графиня сделала свой выбор и что ему предшествовало. Не удивлюсь, что рассчитывает и надеется на одно, а ее поджидает другое.