— Моя вина, не узнал подлеца, — присел рядом со мной герцог.
— Журбер, вы о Васте? — уточнил я.
— Да, тот еще мерзавец, — покивал бывший глава тайной канцелярии. — Когда-то его по моему представлению лишили графского титула, отобрали земли и отправили в каменоломни. Сбежал паскуда! Задумал отомстить и предложил свои услуги горшанцам. Он когда-то с ними работал, старые связи поднял. Беда в том, что ему поступали распоряжения и от орков с северянами.
— Каким образом он мог получать указания?
— Магический договор и метка, — пожал плечами герцог, как само-собой разумеющееся.
Я порылся в своей памяти, но ничего об этом не вспомнил. Похоже, Журбер об этом понял и пояснил:
— Почтовую птицу отправляют при помощи слепка ауры, в том числе и возможно выставлять некие условия. Допустим, чтобы послание передавалось незаметно.
— И как это возможно? — задумался я.
— Вариантов много, но не это сейчас главное, — покачал головой советник императора. — Нас всеми силами не хотят пустить к горцам, точнее, к их правителю. Похоже, подозревают, что у нас есть какой-то козырь, способный изменить положение дел, — он как-то невесело усмехнулся.
— А у нас он есть? — спросил я. — Только не говорите про Иштанию, она не какая-то там вещь.
— Айлексис, любая мелочь способна превратиться в козырь, а какое-нибудь идеальное предложение, как кажется, будет проигнорировано. Это политика, с ее компромиссами, уступками и многоходовками, — в очередной раз ушел от ответа герцог и встал: — Не пора ли отправляться, раз нас ждут в поселении и обещали защиту, то лучше бы этим воспользоваться. Заодно и передохнем пару дней, а то дорога вымотала.
— А что с Вастом? — не смог не задать ему вопрос.
— Он умер. Думаю, осознал, что натворил, раскаялся и, — он развел руками, но продолжать не стал.
— Надо похоронить, — обронил я, не став говорить, что Журберу не поверил.
Конечно, предатель мог сам умереть, не выдержав допроса, но почему-то сомневаюсь. А если честно и откровенно, то он получил по заслугам. Даже раскайся он и то я его бы не простил за сделанное. С такими разговор короткий, если невозможно прилюдно казнить, то нож под ребро.
— Гаррай уже отдал приказ, тело сбросят в расщелину, а зверье уничтожит останки. Васту еще повезло, что мучиться не пришлось, — герцог с сожалением поджал губы.
Хм, он действительно не хотел такой смерти предателю. Похоже, что сожалеет, но сделанного не вернуть.
Мы снялись с места минут через двадцать. Собирать-то почти ничего не пришлось, у нас мало что осталось. Девушки себя чувствуют неплохо, их ауры светятся предвкушением, словно близок конец путешествия. Журбер мрачен, но это его чуть ли не привычное состояние. Лейтенант насторожен, как и оставшиеся воины, опасающиеся ловушки. А я с трудом начинаю переставлять ноги, которые с каждым шагом наливаются свинцом. Неужели только сейчас откат наступает? Не вовремя! Ох, как не к месту!
— Гунбарь, есть что-нибудь для поддержания сил? — обратился к своему помощнику.
Тот снял с пояса флягу и протянул мне:
— Крепленое вино, сильное, сделайте пару глотков.
Вкуса почти не почувствовал, но пищевод обожгло. Нет, это не крепленое вино, что-то похожее на настойку. Сил действительно прибавилось, но отдаю себе отчет, что это временное явление. Уже начало сереть, когда вывернули из-за очередной горы и увидели впереди каменный забор высотой метра два.
— Дошли? — поинтересовалась Иштания.
— Похоже на то, — улыбнулся герцог.
Ворота расположены чуть в стороне, они открыты, а рядом прохаживаются два горца с арбалетами, притороченными к поясу. На наше появление никак не отреагировали, мазнули взглядами и продолжают о чем-то спорить.
— Добрый вечер, нам можно войти в поселение? — поинтересовался я у охранников, продолжающих нас игнорировать.
— Идите, вас ждут в трактире, он в центре, дорога прямая, не заблудитесь, — буркнул один из горцев, мазнул взглядом по Иште и Свении, задержался глазами на Марике, но потом повернулся к своему товарищу и стал доказывать, что новое месторождение себя не оправдает.
— Встретили нас не очень-то гостеприимно, — хмыкнула графиня.
— Спасибо, что не пытались атаковать, — не поддержала ее баронесса и мечтательно прикрыв глаза сказала: — Ишта, если поселят в один номер, то я первая приму ванну. Договорились?