— Зачем так кардинально? — не выдержал Гунбарь, вступив в разговор. — Графиня могла бы обосноваться в небольшом городе. Открыть какую-нибудь лавку и тихо-мирно жить.
— Думаешь? — усмехнулся я. — Постоянно прятать ауру и манеры, шарахаться от стражи и магов. При этом ее продолжат искать. Незамужняя дочь императора, пусть даже и свергнутого, окажется неплохим козырем в политической игре.
— А если выйду замуж за какого-нибудь аристократа или купца? — спросила Иштания.
— Ничего не изменит, не если, а когда найдут. Даже не посмотрят на детей, если те появятся, — грустно ответил ей и пояснил: — Нужна защита или стопроцентная гарантия, что никто не найдет.
В дверь вновь постучали, на этот раз пришел посыльный. Меня с Иштанией приглашали отужинать в компании брата правителя горцев, одного из сыновей императора горшанцев и канцлера северян. Похоже, устраивают смотрины. Но судя по составу, то заинтересованности немного.
И вот я веду под руку графиню в один из залов дворца горцев. Оказалось, что это небольшой прием, в честь оглашения чьей-то помолвки из не очень влиятельных особ. На нас не обращают внимания, впрочем, в приглашении четко дали понять, с кем предстоит общаться. Ишту приглашает на танец брат правителя горцев, которому лет пятьдесят, грузный, с сальным взглядом и, что удивительно, начинающий лысеть. Горец смотрит на девушку, как на вещь. Оценивает ее и не смущаясь пытается сильнее к себе прижать. Этикет? Нет, он о нем не слышал. Мне известен характер этого господина и его привычки. Пожалуй, графине лучше в деревне за коровами ходить, да мужу-крестьянину супружеский долг отдавать.
— Хороша, — подвел Ишту после танца брат правителя горцев и причмокнул губами. — Вам передадут мое предложение. Наследниками пора обзаводиться, но особой помощи Волтуру от меня не ждите.
Следующим объявился горшанец, с презрительной улыбкой на лице он повел девушку на танец. А во мне начинает закипать злость. Неужели считают, что прибыл торговать графиней? Именно так это выглядит. Еще бы рабский аукцион устроили! Или мне дают понять, что другого не достойны?
— Господин, не желаете бокал шампанского? — шепнул старый лакей, которого в зале не должно быть.
— Уртах, ты с ума сошел? — беря фужер, задаю вопрос одному из немногих оставшихся моих осведомителей.
— Это срочно, — в мою ладонь перекочевала записка, после чего слуга ушел.
Медленно пью шампанское и не чувствую вкуса. Что такое случилось, если старый друг так рискнул? На нас готовится нападение? Принято какое-то соглашение, по которому наша участь незавидна? Отхожу в сторону окна, оборачиваюсь и делаю вид, что смотрю в темноту. Всего несколько слов и ситуация переворачивается с ног на голову. «Волтур мертв. Графиню отдают горшанцам в качестве приза». Последнее — не факт, что исполнится, та, с помощью которой есть вариант претендовать на трон, становится целью. И не только, чтобы на ней жениться. Иштанию попытаются устранить, дабы не дать кому-то преимущество. Лихорадочно перебираю варианты, из тех, о которых так много размышлял. И ведь знал, что дни Волтура сочтены, но надеялся. Вот же дурак!
— Господин Журбер, ваша воспитанница прелестна, — сказал северянин, подводя ко мне графиню.
Когда Иштания успела и с третьим претендентом потанцевать? Кстати, канцлер неплох, источник сильный, черты лица немного грубые, взгляд жесткий и волевой. Опасный противник. Этот господин знает чего хочет, ни перед чем не остановится. И, пожалуй, еще недавно я бы дочь императора попытался ему всучить. Да-да, именно всучить, заручившись некими гарантиями от северянина. Но сейчас расклад другой.
— Господин Северус, ни на секунду не сомневался в вашей проницательности, — ответил я канцлеру вражеской империи.
— Уверен, мы найдем точки соприкосновения, по многим вопросам. Мои предложения передадут вам в течении пары часов, — сказал тот и повернулся к девушке: — Графиня, был рад знакомству. Вы само очарование, — он склонил голову.
— Выглядела бы лучше, не случись известные события, — уклончиво ответила девушка, при этом ее глаза гневно блеснули.
Дочь императора с трудом сдерживает гнев и раздражение. Но ведет себя согласно этикету и придраться к манерам невозможно. Однако, может в любой момент взорваться, надо отсюда как можно быстрее уходить.